no

Судебно-медицинская экспертиза профессора М.Я. Мудрова по делу о смерти Времева (1825 год)

/ Шершавкин С.В.  — 1949.

Шершавкин С.В. Судебно-медицинская экспертиза профессора М.Я. Мудрова по делу о смерти Времева (1825 год)

Судебно-медицинская экспертиза профессора М.Я. Мудрова по делу о смерти Времева (1825 год) / С.В. Шершавкин // Сборн. трудов Республ. суд.-мед. экспертизы и кафедру судебной медицины Сталинабадского мед. института / Под ред. проф. А.К. Стрелюхина. — Сталинабад, 1949. — С. 81-103.

ссылка на эту страницу

Изучение судебно-медицинской экспертизы русского дореформенного суда представляет исключительный интерес. Опубликованные по этому вопросу работы преимущественно касаются допетровского периода. Подавляющее большинство медицинских экспертиз взяты из дел Аптекарского приказа, когда не существовало законодательной судебно-медицинской экспертизы.

Первый опыт изучения экспертизы после введения законодательной судебной медицины был предпринят виднейшим историком русской медицины — профессором кафедры судебной медицины С-Петербургской Медико-Хирургической Академии Я.А. Чистовичем. Его замечательные исторические работы: „Трина, Судебно-медицинское дело 1778 год”, „К вопросу о множественности травматических повреждений. Судебно-медицинское дело 1778”, — дают прекрасное освещение некоторых вопросов производства судебно-медицинской экспертизы в XVIII столетии. Позднейшие исследователи этого вопроса Европин и Рожановский 1 заимствовали у Чистовича только курьезные случаи экспертизы. Такой неправильный, односторонний подход к историческим фактам исключал возможность объективно проследить важнейшие этапы прогрессивной эволюции русской судебной медицины. Поэтому неудивительно, что Рожановский пришел к печальным выводам о состоянии нашей науки в прошлом.

Вызывает удивление, почему Рожановский прошел мимо названных нами работ Чистовича?

Анализируя свои материалы, Чистович указывает на высокую научную постановку судебно-медицинских экспертиз вскоре после введения законодательной судебной медицины.

При разработке архива Московского Университета нами обнаружены весьма интересные материалы по расследованию дела о смерти Времева. В судебно-медицинской экспертизе этого случая принимали участие выдающиеся русские ученые профессоры М.Я. Мудров и Е.О. Мухин.

Дело касалось по поводу скоропостижной смерти коллежского советника Времева, который за два дня до смерти был сильно побит. Вскрытие трупа производил полицейский врач Карецкий, давший заключение, что смерть последовала от разрыва сердца. Составленный им акт вскрытия не удовлетворил надворный суд 1-го департамента. Была назначена эксгумация трупа в марте месяце 1825 года.

Однако, и это не внесло ясности для суда, тогда суд в июле месяце этого же года обратился к Московскому Университету с просьбой разрешить следующие вопросы: „Ежели главною причиной смерти Времева был разрыв селезенки, то скоро ли мог сказаться сей признак после наружного насилия и мог ли бы Времев с такими признаками быть живым в продолжение двух суток после побоев?”

По поручению Ученого Совета Московского Университета профессоры Мудров и Гильденбрандт дали свои заключения на вопросы, поставленные судом. Их мнения разошлись. Мудров утверждал, что разрыв селезенки произошел от наружного насилия, причинившего незначительный разрыв с последующим медленным кровотечением. Гильденбрандт отрицал разрыв селезенки от насилия и не допускал возможности, чтобы Времев мог жить два дня с разрывом селезенки, он утверждал, что разрыв селезенки мог произойти сам по себе или насилие нанесено перед самой смертью.

Каждый из них подал свое отдельное мнение. Получив два таких противоречивых мнения, суд не мог придти к какому-либо определенному решению и вторично обратился к Университету.

Окончательное заключение по этому делу дал знаменитый русский клиницист, декан медицинского факультета Московского Университета профессор Мудров. Анализируя его материалы, нельзя не выразить удивление исключительной эрудиции Мудрова в различных областях медицины, его тонкой наблюдательности, как врача и глубокому знанию им судебной медицины. Его вторичные заключения по этому делу вызывают восхищение по своей гражданской смелости и принципиальности. Эта характерная черта для облика прогрессивного русского ученого, ярко выразилась, у Мудрова, который в тяжелые годы Николаевской реакции и при закрытой форме суда смело подал голос за научное обоснование судебно-медицинских мнений, чтобы они служили „к открытию искуемой истины”. Ссылаясь на неполноту доставленных документов и неправильность заключения врачебной комиссии, профессор Мудров заявил в своем последнем мнении: „По сим двум причинам с настоящим определением врачебного отделения, оставаясь несогласным, вместе отступаю и от прежнего моего мнения, яко неосновательного, и предлагаю следующее, основанное на наблюдениях врачей и на вновь присланном осмотре лекаря Карецкого”.

Небезинтересно отметить, что эти вопросы разрешались не одним профессором, а специальными факультетскими собраниями. Ни профессоры, ни врачи не приглашались на заседания судебного процесса. Все дело заключалось только одной перепиской.

Ввиду интереса этого документа, характеризующего не только широкую эрудицию и смелость русских ученых XIX века, но также дает ясное представление о характере производства медицинской экспертизы в то время и на связь кафедр судебной медицины с органами практической экспертизы, мы считаем не лишним привести его полностью.

Эти документы одновременно указывают и на тот существенный факт, что в разработке научных и практических вопросов судебной медицины принимали участие видные деятели русской медицины.

Заключение Мудрова по объему и глубине содержания представляет собою научные трактаты.

 

копия

Анатомический осмотр

1825 года марта 14 дня по распоряжению начальства мы нижеподписавшиеся медицинские чиновники в присутствии г. г. Московского полицмейстера Полковника и Кавалера Равинского, Следственного пристава Понамарева и уездного стряпчего Яковлева и других чиновников и свидетелей ниже сего означенных, делали анатомическое исследование в Московском Ставро-Пигиальном Симонове монастыре над телом умершего коллежского советника Времева, вырытым при нас из могилы, который сложения был полнокровного и тучного, имевший повидимому более 50 лет.

По наружному освидетельствованию найдено, что как полость черепа, так груди и брюхо при первом осмотре были вскрыты, на наружной поверхности тела найдены следующие боевые знаки: на корне носа под левым глазом на левой ноздре и левом виске были ссадины с подкожным кровоизлиянием, от левого уха вдоль нижней челюсти до самого почти подбородка ссадина кожицы с опухолью и с малым внутри кровоизлиянием; на обеих лопатках красно-багровыя широкия пятна с глубоким подкожным кровоизлиянием; на спине к обоим бокам против ложных. 10-го, 11-го, и 12-го ребер широкия краснобагровыя пятна, по разрезе коих в клетчатой плеве в самых мышцах и на внутренней поверхности брюшины и части грудо-брюшной преграды против сего места найдено кровоизлияние, а в мышцах несколько кусков спекшейся крови, сзади под левым коленом синее пятно с кровоизлиянием; другие же сине-багровые пятна около шеи на груди на спине и на других частях были без всякого кровоизлияния и произошли, вероятно, после смерти; по раскрытии прежде рассеченных головных покровов черепа над заднею частию обеих темянных костей, в надкостной клетчатой плеве кровоизлияние без. наружных знаков, но означающее наружное насилие. Кости черепа в неповрежденном состоянии.

Самой мозг и оболочки его не изменены и под костями черепа кровоизлияния не было; наружные сосуды мозга наполнены кровию, существо же онаго было разрезано при первом вскрытии. По раскрытии полости груди внутренности содержащиеся в оной никакого не имели органического повреждения, кроме того, что легкие уже подверглись гниению; по разрезе сердца желудочки онаго были пусты, самое же сердце было необыкновенно велико; а околосердечная сорочка была уже прежде сего вскрыта. По раскрытии полости брюха передний край правой доли печени и дно желчного пузыря были поражены воспалением. Кишки подвержены гнилости и никакого изменения в них найти было невозможно. Желудок был вскрыт при первом исследовании и ничего содержимого в нем уже не находилось, внутренняя поверхность онаго была несколько краснее обыкновенного, впрочем на оной никакого органического расстройства не замечено; самой же желудок взят для дальнейшего химического исследования г-ном Стадт-Физиком, в селезенке найден разрыв с кровоизлиянием в полость брюха довольно значительным против наружных боевых знаков, находившихся на левом боку онаго вышеупомянутых ложных ребер и сама селезенка была наполнена большим количеством крови. Кости как противу наружных вышесказанных боевых знаков, так и во всех других частях тела были целы.

Из всего вышеписанного заключаем, что главною причиною смерти его Времова был разрыв селезенки, последовавший от наружного насилия, причинивший кровоизлияние в брюшную полость, препятствие в кругообращении крови через брюшныя внутренности; — а чрез то апоплексической удар; что по долгу присяги показали: — подлинный подписали: Штадт-Физик Иван Шелин, главный по полиции штаб-лекарь доктор фонд Шульц, Императорской Медико-

Хирургической Академии профессор доктор надворный советник Григорий Высотской, оной же Академии — Адъюнкт Анатомии доктор надворный советник Иван Клементовский, Арбатской части Штаб-Лекарь Антон Шитц-Пресненской части лекарь Василий Виноградский; при сем были полицмейстер Ровинский, следственный пристав Пономарев, уездный стряпчий Яковлев, Таганской части частный пристав Париаманов, Московской уездный лекарь Карецкий. По поручению родной сестры покойного коллежского советника Времева госпожи капитанши Елисаветы Мироновны Донец-Закаржевской был отставной Губернский секретарь Сергей Калугин свидетелем. Добросовестной свидетель Московской мещанин Василий Филиппов, добросовестный свидетель Московской Мещанин Борис Шестов. С подлинным верно— секретарь Хорламов.

Секретарь (Подпись)

Верно: (подпись)

С подлинным читал (подпись)

 

 

 

По журналу 10 Авг. 1825 г.
ст. I
№ 98

МИНИСТЕРСТВО НАРОДНОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ

Департамент Народного Просвещения

От Декана Врачебного отделения Университета

В Москве
10 Августа 1825 года.

С приложением изысканий о разрыве селезенки.

 

Во Врачебное Отделение
ИМПЕРАТОРСКАГО
МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Соглашаясь с ответами, каковые сделало Врачебное Отделение Императорского Московского Университета на вопросы оному представленные от Московского Надворного Суда 1-го Департамента, я щитаю за нужное представить при сем мнения именитых Врачей-Писателей о разрыве Селезенки и со всяким вниманием сообразив оныя мнения, приобщить свое заключение.

(подпись) Матфий Мудров.

 

ИЗЫСКАНИЯ О РАЗРЫВЕ СЕЛЕЗЕНКИ

Смертельныя повреждения в Судебной Медицине суть двоякого рода:

1. Повреждения необходимо-смертельные

Оне так сильны, что смерть бывает явным их следствием.

2. Повреждения случайно смертельные

Оне причиняют смерть потому, что человек имел особое предрасположение к оной.

К сим Доктор Розе отнес повреждения, сами собою смертельные. Оне суть таковы, что человек умирает от того, что ему не подана никакая помощь. Ибо недостаток помощи, говорит он, есть дело случайное.

Дабы отличить истинное убийство от случайного, нужно, по совету Фойхтеля, судебным врачам делать изыскания в анатомии патологической. Сия наука рассечением трупов и исследованием поврежденных органов вникает в изменения тела и болезни.

По наблюдениям, из сей науки почерпнутым, я делал посильные изыскания о переменах в селезенке бываемых как в здравом, так и в поврежденном состоянии тела.

Селезенка, в здоровом состоянии, лежит в левой стороне брюха и почти ограждена ложными ребрами.

Ее величина неодинакова, вид и вес разный; подобно грецкой губке, она содержит в себе иногда более, иногда менее крови.

В живых она гораздо меньше, а в мертвых больше. Сие замечание сделал Профессор Порталь из рассечения животных живых и их трупов.

Полнота и положение селезенки неодинаковы. Оне зависят от полноты желудка. При пустом желудке она больше и лежит выше под ребрами. Желудок полный сжимает селезенку, вымещает ее из-под реберной полости вперед и вниз и выдавливает из нея кровь. Сие замечание сделал тот же профессор Порталь.

По новейшим опытам Ассоланта селезенка в живых животных несмотря на нервы нечувствительна, хотя бы ее кололи, щипали и раздирали. Собака ела даже собственную свою селезенку, которая без повреждения нервов и сосудов висела из живота. Собака жила четыре дня и умерла не от разрушения селезенки, но от воспаления кишек.

Болезни селезенки, открытием трупов найденных, суть следующие:

  1. Воспаление,
  2. Возгноение,
  3. Антонов огонь,
  4. Скирр,
  5. Срастение с смежными частями.
  6. Наполнение селезенки не кровию, но жиром между оболочками, лимфой внутри и гидатидами.
  7. Неподобная величина,
  8. Необычайная малость,
  9. Различные затверждения; например хрящевые, мозолистые, костные, каменистые,
  10. Мягкость и вялость,
  11. Вымещение вниз от ея тягости и величины,
  12. Разрывы.

Оставя прочие болезни, я изложу только разные случаи разрывов селезенки, кои суть предметом настоящего исследования и о коих упоминают именитые писатели-очевидцы таковых повреждений. О себя я ничего не прибавляю в толь важном и сомнительном деле.

Разрыв селезенки, по наблюдениям Фойхтеля чаще случается, нежели других внутренностей, иногда от легких насилий. Сие происходит от того, что селезенка мало защищена смежными твердыми частями, ея существо, подобно грецкой губке, состоит почти из одних сосудов кровоносных, и ея оболочки суть весьма тонки.

Селезенка разрывается:

  1. От наружного насилия.
  2. От упадения.
  3. От раздавления.
  4. От одних внутренних причин.

1. Разрывы селезенки от наружного насилия

Тульний нашел разорванную селезенку в десятилетнем мальчике, от удару палочкою по левому боку.

Альберта, Бон и Шааршмидт такие случаи описывают, в коих селезенка от удару палкою лопалась.

В актах Санктпетербургской Академии Наук в I томе 1726 года повествуется, что селезенка лопнула от удару кулаком.

Шейд повествует, что селезенка треснула от шара, которым катают играя в кегли.

Даниель нашел разрыв селезенки от удару лопатой полевому боку.

Лебер повествует, что после удару ножкою от стула, селезенка треснула на три доли и больной умер через час.

Розе — нашел лопнувшую селезенку от удару поленом.

2. Разрывы селезенки от упадения

Буамер и Теден — повествуют о разрывах селезенки от упадения сверху. Теден нашел пять фунтов крови, излиянной в брюшную полость.

Порталь — нашел разорванную селезенку от падения, с излиянием черной материи. Селезенка была вдвое больше обыкновенной и болезненно расположена к таковому разрыву.

3. Разрывы селезенки от раздавления

Ребзамен нашел всю брюшную полость наполненную кровью и селезенку, разорванную от повозки, которая проехала по брюху. Подобный случай повествует Шейд.

4. Наконец, были случаи, в коих разрыв селезенки найден без всякого наружного насилия, но случившийся от одних только внутренних причин.

У одного графа, который умер скоропостижно, нашли селезенку вздутую, жидкую, которая сама собой лопнула.

В наблюдениях Шааршмидта и Лието и в наблюдениях Швецкой Академии описываются случаи разрыва селезенки от внутренних причин.

Раны селезенки и простые ушибы, вообще взятые, не суть необходимо-смертельны *, когда через опыты никакое важное отделение соков не останавливается. Если же раны в селезенке будут глубоки, есть ли значительные сосуды будут повреждены, есть ли воспоследует излияние крови в брюшную полость, точно так как при простом разрыве селезенка без повреждения наружных покровов таковые излияния должны воспоследовать; то таковые раны селезенки и таковые кровоизлияния всегда скоропостижно бывают смертельны.

* Байлу, Кларке, Кригер и Фергусон повествуют о селезенке и частях селезенки отрезанных, и о ранах щасливо залеченных у людей. Раны небольшие в селезенке у животных не смертельны; ибо в трупах находили рубцы после заживления ран. Глубокие раны и в животных смертельны по излиянию крови в брюшную полость, что скоропостижно причиняет смерть. То ас, Барголинь, Мальпигий и Барбетте приводят случаи, где селезенка была вырезана у животных щасливо

Смертность от разрыва селезенки надобно иногда щитать случайною, когда с сим внутренним органом нередко случается, что известная степень мягкости, вялости и неподобающая величина суть причины предполагающий к разрыву оной.

Разрывы печени и селезенки почти всегда предполагают болезненное предрасположение, т. е. недостаток твердости сих органов; а наипаче ежели наружное, насилие было не видно.

Из соображения наблюдений сими именитыми писателями анатомии патологической и медицины судебной представляемых, мне кажется, следующие заключения можно сделать касательно смерти Времева.

  1. Что разрыв селезенки мог произойти не только скоро после, но и во время самого наружного насилия.
  2. Что с разрывом селезенки, после побоев, Времев мог жить в продолжении двух суток, неиначе, как предполагая медленное истечение крови из мелких жил селезенки в брюшную полость, откуда она всасывающими сосудами была опять уносима в систему лимфатическую. Отсутствие же боли зависело от естественной нечувствительности селезенки. Но от возможности к самому делу не следует заключения.
  3. Если побои, какие бы они ни были, попадали не по мягким частям, а по ребрам, то в селезенке чрез ребры могла произойти контузия, с которою и мог случиться прилив крови к оной; а разрыв ея мог произойти и спустя два дни, наипаче же когда в течение двух дней не подана никакая помощь и кровь не пущена. Хотя селезенка по натуре своей и нечувствительна, но боевые знаки и кровоизлияние над ребрами, вероятно, были не без боли.
  4. Когда спустя два дня после побоев случился таковой разрыв селезенки и тот час воспоследовало большое кровоизлияние в брюшную полость из больших сосудов, то Времев должен умереть скоропостижно: что могло произойти от усилия стряски в экипаже, или при испражнении на низ, которое бывает с брюшным жиланьем. К сему исходу болезни могли способствовать неумеренность в пище и питье и болезненное расположение самой селезенки, в ея величине и вялости состоящее, недостатком благовременного врачебного пособия, вред домашних пособий чрез обыкновенные теплые припарки и к старости преклонные лета. Декан Врачебного Отделения и Клиники Профессор Матфий Мудров.

1825 года Августа 10 дня. Москва.

 

 

 

По хир. 17 августа 1825 г.
ст. II.
№ 103

МИНИСТЕРСТВО НАРОДНОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ

Департамент Народного
Просвещения

От Декана Врачебного
отделения

В Москве
17 Августа 1825 года.

1. О соображении общаго мнения о смерти Времева с справками Надворного суда.

2. О причинах, приложенного при сем вторичного мнения моего о смерти Времева.

Во Врачебное
ИМПЕРАТОРСКАГО
МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

Отделение
 

 

Общее мнение Врачебного Отделения, сделанное на запросы от Московского Надворного Суда 1-го Департамента, касательно смерти Времева и положенное в первом заседании Факультета 3-го Августа сего 1825-го года, основано было только на одном акте, т. е. анатомическом осмотре, который прислан был вместе с запросами.

Особое мнение мое о смерти Времева, представленное мною во втором заседании нашем августа 10-го дня 1825-го года, вместе с изысканиями о разрывах селезенки в сочинениях врачей, описавших о сем предмете, основано было на двух актах: т. е. на анатомическом осмотре и на вышесказанных изысканиях о разрыве селезенки. С сим моим мнением согласились и профессоры: Котельницкий, Бунге, Разенко и Ромодановский.

Того же августа 10-го дня 1825-го года во время самого заседания чрез Правление Университета получены справки из Надворного Суда 1-го Департамента о том, как Времев провел последние три дни, т. е. 25, 26 и 27-е числа февраля месяца, с определением Правления принять оныя к совокупному с преждедоставленным свидетельством медиков разсмотрению, чего именно требует Надворный Суд.

Августа 11-го дня 1825 года в третие заседание наше представлено мною предписание его сиятельства господина попечителя, с отношением к нему его сиятельства господина военного генерал-губернатора, дабы врачебное отделение остановилось ответом в Надворный суд, пока мы сообразим сведения по делу Времева, кои неминуемо должны будут служить причинами по основанию заключения о смерти Времева.

В сие же третие заседание августа 11-го дня 1825 года профессор Гильдебрандт подал особое мнение, которое он основал На наблюдениях врачей, на анатомическом осмотре и на вышесказанных справках, присланных из Надворного Суда.

Итак, в силу предписания их сиятельств и определения правления:

  1. Я покорнейше прошу Врачебное Отделение, дабы г. г. профессоры и адъюнкты, оставшиеся при общем мнении, основанном на одном только анатомическом осмотре, благоволили сообразить оное со справками из надворного суда присланными.
  2. Поелику и мое первое мнение представлено было до получения сих справок; то и я, дабы в полном исполнить предписание их сиятельств, Определение правления и требования надворного суда, т. е. дабы основательное создать заключение о смерти Времева, долгом поставил мое первое мнение, представленное августа 10-го дня, со всяким вниманием пересмотреть, вновь яснее обработать, сблизить и сообразить его со справками из Надворного Суда присланными и в настоящем виде представить при сем Врачебному Отделению.

Сие вторичное мнение мое основывается на опытах четырех вышереченных актах, а именно:

  1. На Анатомическом осмотре.
  2. На моих изысканиях о разрыве селезенки, в сочинениях врачей, писавших о сем предмете.
  3. На справках из надворного суда присланных.
  4. На мнении г. профессора Гильдебрандта, которое с прочими вместе принять к делу и рассуждению определено в третьем заседании нашем, бывшем августа 11-го дня 1825 года.

Матфий Мудров.

Фрагмент из вторичного мнения Мудрова по делу о смерти Времева

Рис. 1. Фрагмент из вторичного мнения Мудрова по делу о смерти Времева.

 

ВТОРИЧНОЕ МНЕНИЕ

Декана Мудрова, касательно смерти Времева на запросы из Надворного Суда 1-го Департамента присланные и Врачебным Отделением изложенные в следующих словах:

1. Ежели главною причиною смерти Времева был разрыв селезенки: то скоро ли сей разрыв мог произойти после наружного насилия? 2. Мог-ли Времев с разрывом селезенки быть живым в продолжении 2-х суток после побоев?

1. На первый вопрос ответствую: что смерть Времева произошла от разрыва селезенки, в том все мнения согласны. А скоро ли разрыв селезенки мог произойти после наружного насилия? На сие ответствую вообще, что разрыв селезенки после наружного насилия может произойти во всякое время, т. е. и во время самого наружного насилия, и спустя два дня и позднее. Сие зависит от трех причин: 1. От большего или меньшего наружного насилия. 2. От разных болезней селезенки; и от разной степени и зрелости самой болезни. 3. От недостатка врачебной помощи. А во Времеве лично, сообразив все обстоятельства, до смерти, во время смерти и после его смерти нам сообщенные, полагаю, что разрыв селезенки во Времеве сделался спустя два дни после наружного насилия, и сделался случайно, т. е. не от одного насилия, но вместе от предрасположения самой селезенки, которая прежде была больна мягкостью и вялостию, а наипаче от неблагоразумного поведения самого Времева после побоев, или, что все равно, от недостатка врачебной помощи. Наружное же насилие на селезенку и на прочие части тела нанесенное, ускорило смерть Времева. Но селезенка, яко больная, рано или поздно лопнула бы и сама собою; а Времев скоропостижно умер-бы и без наружного насилия, что могло бы случиться в трудах телесных, в забавной игре, или во время стула. Ибо если бы Времев после наружного насилия, искал себе врачебной помощи; если б пущена была кровь; если бы вместо того, чтобы скакать по городу и свершать интересные дела, Времев остался дома в постели, и в спокойствии принимал лекарства; если бы не прикладывал к боку теплых отрубей, которые притягивали кровь к селезенке, а не отводили прилива ея: то Времев мог бы жить и недели и месяцы после побоев, а может быть и долее; а умер бы от такового же разрыва селезенки, скоропостижно от внутренних причин. Ибо его селезенка была уже расположена к разрыву, т. е. была наполнена большим количеством крови, что не бывает без особенной ея мягкости и вялости. А сия мягкость и вялость селезенки есть болезнь ея сосудов и оболочек. Из сего заключаю, что сколько побои могли ускорить смерть Времева: столько же, а может быть еще и больше он сам Времев ускорил смерть свою невоздержною жизнию, неблагоразумием, оставив себя на произвол судьбы без всякой врачебной помощи, не пустив себе крови (что простые и не воспитанные люди знают и делают), не дав себе покою дома, и (с позволения доложить) не приказав себе подать какого-нибудь судна в комнату для телесной нужды. Но после припарок, Времев отправился на двор для испражнения на низ, где февральский холод должен произвесть озноб во всем теле, с сильным подранием по коже. Тогда кровь из кожи, из мелких ея сосудов вдруг ринулась внутрь, растянула большие сосуды и еще более наполнила собою селезенку давно больную, недавно ушибленную. Тогда селезенка, вероятно, лопнула при брюшном жиленье, большою трещиною; кровь полилась в брюшную внутренность; Времев упав в обморок и в оном умер от удару.

 

Фрагмент из вторичного мнения Мудрова по делу о смерти Времева

Рис. 2. Фрагмент из вторичного мнения Мудрова по делу о смерти Времева.

Но может быть кто усумнится в истине, что самой разрыв селезенки произвел от ознобу кожи — от такой малой причины: на сие я ответствую словами Доктора Алярда: „Откройте, говорит он, книги Сиденгама, вы увидите, что холод умертвляет людей более, нежели чума, мечь и глад вместе взятыя".. Но холод на что действует как не на кожу?

2. Ответ на второй вопрос сам собою следует из предыдущего, что Времев с разрывом селезенки после побоев не мог жить в продолжении двух суток. Ибо довольно значительное кровоизлияние в полость брюха есть скоропостижно смертельно. А Времев после побоев не только жил, но и ходил и ездил и совершал разные дела; а сего не мог бы он делать с разорванною селезенкою, и ни с большим ни с малым излиянием крови в брюшную полость, ибо ходьба и тряска в экипаже увеличили бы оные. Август 17 дня 1825 года.

(подпись) Матфий Мудров.

 

 

 

 

№ 2554

МИНИСТЕРСТВО НАРОДНОГО
ПРОСВЕЩЕНИЯ

ИМПЕРАТОРСКИЙ
МОСКОВСКИЙ
УНИВЕРСИТЕТ

От декана Врачебного
Отделения в Москве

Сентябрь 1825 года.

С приложением по делу о смерти Времева:

  1. Определение медицинского факультета.
  2. Мнение г. профессора Гильтебрандта.
  3. Мнение декана Мудрова.

Подана 21 сентября 1825 г.

В ПРАВЛЕНИЕ
ИМПЕРАТОРСКОГО
МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА


 

В следствие отношения онаго правления во Врачебное Отделение от 4-го сентября сего года за № 2688 и приложенных при том копий с отношения в оное правление из Московскаго надворного суда 1-го департамента из анатомического осмотра лекаря Карецкого касательно смерти коллежскаго советника Времева, врачебное отделение в заседании своем 10-го сентября сего же 1825-го года, положило решительное о смерти Времева определение, коего смысл есть тот, что 1) Осмотр медицинских чиновников есть достаточный и законный, а осмотр лекаря Карецкаго не полный; 2) Смерть Времева произошла от разрыву селезенки; 3) Разрыв селезенки произошел после наружных насилий. Но я с таковым определением факультета не согласился; ибо из соображения всех присланных в отделение из надворного суда актов, я мнением полагаю, что: 1. Осмотр лекаря Карецкаго есть законный и справедливый; 2. Смерть Времева произошла от болезни сердца и апоплексии; 3. Разрыв селезенки воспоследовал от гниения после смерти и после первого вскрытия тела. Почему сие мнение мое пространее изложенное я приложил к вышеупомянутой Дневной записке Врачебного Отделения. А как г. профессор Гильтебрандт в прежних заседаниях факультета касательно сего дела бывших, всегда присутствовал; но в сем последнем по причине болезни не был; то я долгом себе поставил лично отнестись к нему, яко старшему всех члену во Врачебном Отделении, сообщить ему в копиях вновь присланные из надворного суда акты, определение факультетское и изъяснить причины моего несогласия с оным определением; причем покорнейше просил его чтобы и он с своей стороны дал свое мнение в сем важном и сомнительном деле, а преимущественно занялся бы объяснением найденных во Времеве повреждений, поелику оне могут иметь отношение к хирургии. На сию мою просьбу получил я от него письменный на мое имя ответ, в котором он сличивши два осмотра телу Времева и сделавши аналитический, на правилах врачебной науки основанный разбор обоих осмотров, изложил свое противное факультетскому определению мнение, коего содержание есть то, что 1) осмотр лекарем Карецким произведенный есть полный и в настоящем деле большаго пред вторичным осмотром уважения достоин. 2) Смерть Времеву приключилась не от разрыву селезенки; но разрыв сей произошел после смерти; 3) Значущияся во вторичном осмотре большия, широкия, синия на спине пятна с кровоизлияниями не суть боевые знаки от наружного насилия; но следствие двухнедельного гниения. Сверх того г. профессор Гильтебрандт при свидании со мною, изъявил свое согласие, чтобы я сделал из его мнения надлежащее по делу о Времева употребление. Почему сие г. профессора Гильтебрандта мнение вместе с определением факультета и моим мнением, при сем правлению университета имею честь представить для надлежащего доставления Московскаго надворнаго суда в первый Департамент. — Из всего того правление усмотреть может, что я, представлением оному всех сих актов, промедлить несколько дней, имел достаточный причины.

(Подпись) Декан Матфий Мудров.

 

 

 

О том, что:

  • 1. Смерть Времева произошла от болезни сердца и апоплексии.
  • 2. Что разрыв селезенки воспоследовал от гниений после смерти и после перваго вскрытия трупа.
  • 3-е. Осмотр лекаря Карецкаго есть законный и справедливый.

МНЕНИЕ ДЕКАНА МАТФИЯ
МУДРОВА, ПРИОБЩЕННОЕ К
ДНЕВНОЙ ЗАПИСКЕ ВРАЧЕБНОГО
ОТДЕЛЕНИЯ 1825-го ГОДА
СЕНТЯБРЯ 10-го ДНЯ.


 

 

 

Соображая вновь присланный осмотр Лекаря Карецкаго, 28 февраля, т. е. на другой день смерти Времева учиненный, коем значится целость селезенки, с осмотром медицинских чиновников марта 14-го дня, т. е. в шестнадцатый день после смерти учиненным, в коем значится разрыв селезенки; с изумлением соображая сии противныя явления, я по совести моей признаю необходимым изложить здесь вновь мое мнение о смерти Времева. Чрез что самое не только не соглашаюсь с настоящим определением Врачебного Отделения; но и от собственнаго моего прежняго мнения во все отступаю, мнения, состоявшего в том, якобы смерть Времева произошла от разрыва селезенки, мнения, которое дал я, не имев в виду законнаго осмотра лекаря Карецкаго.

В такой перемене мыслей побуждаюсь я ниже — следующими причинами, кои вместе с мнением моим изложить и подкрепит доказательствами из классических писателей; заставляет меня отчаяние, в каковом я представляю университетского питомца — юнаго лекаря Карецкаго, единогласно обвиняемого собственными его учителями в месте его воспитания, в том ученом месте, которое всегда славилось справедливостию без лицеприятия.

1-е) Осмотр Лекаря Карецкаго есть законный, справедливый, по правилам врачебным сделанный, никем неопороченный; и к нам прислан от правительства для соображения. Врачебное Отделение называет его не полным и принебрегает им потому, что в нем не описаны перемены, сделавшияся после его осмотра во время шестнадцати-дневного гниения. Ибо осмотр лекаря Карецкаго делан на другой день смерти Времева. Сверх сего врачебному отделению странно было слышать, как Карецкий в трупе нашел сильное огорчение. Но Петр Франк в своей практике по II томе, на стр. 176 о воспалении сердца описывает огорчение, следствием коего было излияние воды с кровию в оболочку сердечную; и сердце больного, по вскрытии трупа было найдено необыкновенной величины.

Такое же весьма важное обстоятельство описывается в осмотре лекаря Карецкаго и описывается с надлежащим тщанием. А именно: он нашел излияние черноватой крови, до восьми унцов сгустившейся в виде печенки в оболочке, одевающей сердце. Напрасно Врачебное отделение называет осмотр Карецкаго неполным; ибо по моему мнению сие одно обстоятельство, обстоятельно описанное, восполняет всякой недостаток: поелику сие одно излияние крови в сердечную оболочку уже достаточно остановить движение сердца и крови и произвесть полнокровный удар в голову. По Греческими буквами а, ........... под цифрою 11, где такой удар производится от полнокровия, пьянства, сильного гнева и от находящагося в сердце препятствия течению крови. Столь справедливое наблюдение Карецкаго есть для самой судебной медицины драгоценно по своей редкости, и делает ему честь наравне с славным парижским доктором Мератом, который, имев случай вскрывать множество трупов, раз только видел сию редкую вещь. Но несть пророк в бесчестии, токмо в Отечествии своем и в дому своем. Сие кровоизлияние, яко ближащая причина смерти предвозвещена Времеву, когда он ехал из Москвы в Чертаново 6-го февраля и говорил Калугину, что как-будто его кольнуло в сердце и заболела голова. Напрасно сего предвозвестника смерти Врачебное Отделение не уважили, назвав сие явление скоропереходящим и не важным, как значится в Дневной записке 17-го августа 1825 года, в статье III, в Пункте 4; и ныне на явный след сего болезненного явления, в осмотре Карецкаго ясно описанный, т. е. на самое кровоизлияние в сердечную оболочку, напрасно Врачебное Отделение не обратило внимания; но остается непоколебимым в прежнем своем мнении.

2-е) Приемля во уважение щестнадцати-дневное гниение тела Времева, который был телосложения весьма сыраго, как значится в осмотре лекаря Карецкаго; а в большее уважение приемля осмотр медицинских чиновников, марта 14-го дня учиненный, по коему явствует, что покойный сложения был полнокровнаго и тучного, и что его легкие и кишки пришли в такую гнилость, что в последних никакога изменения найти было невозможно; я мнением своим полагаю, что гниение и в прочих частях тела, как внутренних, так и наружних должно было произвести значительное изменение. О чем согласно с г. профессором Гильтебрандтом, мы августа 20-го дня 1825 года, лично от сего оное замечание о гниении подали в правление университета для доставления надворному суду. Ибо Врачебное Отделение сего моего предложения тогда не приняло, так равно и ныне не принимает.

По сим двум причинам с настоящим определением Врачебнаго Отделения, оставаясь несогласным, вместе отступаю и от прежнего моего мнения, яко неосновательнаго; и предлагаю следующее: основанное на наблюдениях врачей и на вновь присланном осмотре лекаря Карецкаго.

Итак, принимая присланный из надворного суда внутренний Лекаря Карецкаго от 28-го февраля осмотр законным и справедливым, равно как и осмотр-медицинских чиновников от 14 марта признавая справедливым же, я не ищу более причины смерти Времева в разрыве селезенки, которая найдена в целости Лекарем Карецким, но по моим исследованиям смерть Времева произвожу от редкой, явной и достаточной причины, т. е. от наполнения кровию оболочки сердца — перваго орудия жизни. Сии три слова надобно бы писать не чернилами, но слезами! Сие излияние черноватой осевшейся крови, смешанной с водянистой жидкостью до полуфунта, есть явная, важная и двойная болезнь сердечной оболочки, т. е. кровоизлияние и водяная болезнь. Сердце же Времева по обоим осмотрам найдено необыкновенно велико; а сия величина сердца есть третья болезнь, т. е. действующая аневризма сердца и есть болезнь злокачественная, как и две вышесказанные болезни, от коих Времев и жизнь покончил. По сему я не понимаю, как Врачебное Отделение, кроме наружных насилий не сыскивают никаких явных следов злокачественных болезней, кои бы могли угрожать в жизни Времева. Следы сии сделались явными по осмотру Лекаря Карецкаго. Сверх того Врачебное Отделение в Дневной записке факультетского заседания 17-го августа сего 1825 года в первом пункте, третьей статьи, вопреки теперешнему своему мнению ясно выражает, что факультет из предшествовавших неоднократно припадков, как-то: стеснение груди, головной боли, геморроя и бездействия правой ноги заключает, что Времев имел общее болезненное состояние тела. — Итак, кровь с водянистою влагою до восьми унцев излиянная в оболочку сердечную стеснила сердце. Сердце остановилось, а с ним и кругообращение крови; и от сего воспоследовал кровяный удар в голову. Следы же сего удара в обоих осмотрах ясно не пером, но как бы кистию написаны и апоплексиею наименованы. А Врачебное Отделение, держась мнения своего, что смерть произошла от разрыва селезенки, об Апоплексии вовсе умалчивает; ибо мудрено соединить вместе понятие об излиянии крови в брюхо и в голову; ибо при излиянии крови в брюхо, сосуды мозга и плев его должны быть пусты.

Сим образом отдав справедливость осмотру Лекаря Карецкаго, я таковую же должную отдаю справедливость и учиненному 14-го марта осмотру медицинских чиновников, которых хоть я и почитаю людьми, исполненными чести и совести; но и с их мнением, что смерть Времева произошла от" разрыва селезенки, — не согласен.

Ибо селезенка по моему мнению лопнула, или лучше, разселась во время шестнадцати-дневного гниения после осмотру лекаря Карецкаго. Гниение по словам Г. Фуркруа всегда сопровождается надутием и размягчением мягких частей и истечением разноцветной жидкости; а в селезенке Времева другой жидкости, кроме крови не было, как явствует из самого осмотра медицинских чиновников, что она была наполнена большим количеством крови, которая и вытекла в брюшную полость.

Чтобы уверить Врачебное отделение, что кровотечение и в мертвом теле суть явления физиологическая, здесь сие доказывать ни время, ни место не позволяет; но я ссылаюсь на книгу Лордат и на книгу Алард.

Селезенке же Времева придти в гниение было легко; ибо в осмотре марта 14-го дня бывшем ясно говорится, что легкие и кишки уже подверглись гниению так что в последних никакого изменения найти было невозможно; а сие гниение кишек прямо действовало на смежную кишкам селезенку. Ибо по словам г. Фуркруа стоит только начаться гниению, то оно пойдет с быстротою и чрезвычайною легкостию.

Сим образом отдается обоим осмотрам должная справедливость, верность, законность. Что же касается до разных и противоположных заключений об отдаленных причинах смерти Времева в толь важном и сомнительном деле; оне без сближения всех обстоятельств судным порядком изыскуемых, во всех умах остаются догадкою.

В окончании всего долгом поставляю свидетельствовать истину, что хотя Врачебное Отделение и хвалится подробностию, основательности и зрелостию своего суждения; но сии похвальные качества в умственном и физическом деле приобретаются только временем. Напротив того, по прочтении бумаг из Правления мною представленных г. профессор Мухин вынул из кармана готовое уже Врачебного Отделения — мнение, мнение основанное не на доказательствах, почерпаемых из врачебной науки, но на личном уважении к медицинским чиновникам — мнение, которое, яко писанное профессором Судебной Медицины, все члены бывшие в заседании, уважили, переписали, подписали и тем столь важное дело в одно заседание покончили.

Но быв в полноте уверен, что по слухам убивать честь ближнего, не есть службу приносите богу и государю, я безтрепетно противостою бурю Московской молвы и всем противоположным заключениям моих собратий. А честь дороже жизни. Посему прошу бога, дабы сие мое мнение, писанное для врачей и не врачей, удостоено было внимания тех, кому он судия праведный вверил весы правосудия, и послужило к открытию изыскуемой истины. Все же здесь мною по совести изложенное утверждаю сего 1825 года, июля в 20-й день данною государю императору от меня на деканство присягою.

1825 года Сентября 20 дня. Декан Матфий Мудров.

 

1 Рожановский В.А. Судебно-медицинская экспертиза в дореволюционной России и в СССР. — М., 1927. — 144 с.

похожие материалы в каталогах

Повреждения селезенки

похожие статьи

К вопросу о прочностных характеристиках ткани селезенки / Пинчук П.В., Левандровская И.А. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2017. — №16. — С. 66-71.

Инфаркт или травматический разрыв селезенки? / Толмачев И.А., Белых А.Н., Божченко А.П., Лобан И.Е., Сафрай А.Е. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2017. — №3. — С. 39-41.

Экспертная оценка повреждений селезенки по данным медицинских документов / Шульга И.П., Бадяев В.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2016. — №15. — С. 168-171.

Судебно-медицинская экспертиза повреждений селезенки при травме тупыми твердыми предметами / Соседко Ю.И., Колкутин В.В., Федулова М.В., Бурмистрова Н.В., Русакова Т.И. — 2010.

Применение некоторых методов статистического анализа для определения давности повреждений селезенки / Пинчук П.В., Козлов С.В., Левандровская И.А. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2014. — №3. — С. 14-18.

комментарии

myt

... о том, как комиссия чуть районника беднага не зачморила, найдя разрывъ селезенки на эксгумированном гнилом трупе. С хэппи-эндом :)
Судебно-медицинская экспертиза профессора М.Я. Мудрова по делу о смерти Времева (1825 год) / С.В. Шершавкин // Сборн. трудов Республ. суд.-мед. экспертизы и кафедру судебной медицины Сталинабадского мед. института / Под ред. проф. А.К. Стрелюхина. — Сталинабад, 1949. — С. 81-103.
ЗЫ У нас в Кто есть Кто про Мудрова нет ничего. У кого на него материал есть?

SParilov

Спасибо МИТ, надо будет ввернуть на лекции необходимо-смертельные повреждения, класс :wow:
А нижеприведенное хорошо бы изучить ОЛЭ:
Но быв в полноте уверен, что по слухам убивать честь ближнего, не есть службу приносите богу и государю, я безтрепетно противостою бурю Московской молвы и всем противоположным заключениям моих собратий. А честь дороже жизни. Посему прошу бога, дабы сие мое мнение, писанное для врачей и не врачей, удостоено было внимания тех, кому он судия праведный вверил весы правосудия, и послужило к открытию изыскуемой истины.

АНТ

Умиляет, что "комиссионщики" первональначально даже не приняли во внимание заключение "районника" о том, что селезенка была цела. Мания величия неистребима :)

Anton

Что же следует считать первоначальной причиной смерти г. Времева? Аневризма сердца?

SLeonov

Мит, спасибо. Читал с удовольствием.

читать далее и комментировать на форуме →