вход
закрыть
Судебно-медицинская библиотека

О некоторых недостатках новых правил определения степени тяжести телесных повреждений, изданных Министерством здравоохранения Грузинской ССР

/ Попов Б.А.  // Судебно-медицинская экспертиза. — 1967. — №2. — С. 23-26.

Попов Б.А. О некоторых недостатках новых правил определения степени тяжести телесных повреждений, изданных Министерством здравоохранения Грузинской ССР

УДК 340.624.2(479.22)

(Тбилиси)


Popov, B. A.: Some Faults of the New Instructions on Body Injury Estimation Published by the Health Ministry of the Georgian SSR

Поступила в редакцию 13/VI 1966 г.

ссылка на эту страницу

Диспозиции соответствующих статей уголовных кодексов союзных республик дают четкое определение тяжких телесных повреждений, относя к ним повреждения, опасные для жизни или вызвавшие стойкую утрату трудоспособности не менее чем на треть, а также прерывание беременности, обезображение лица, психическое заболевание.

Менее тяжкие и легкие телесные повреждения не имеют такого четкого определения, так как диспозиции соответствующих статей не предусматривают ни точного срока длительности расстройства здоровья, ни определенной величины утраты трудоспособности при этих повреждениях.

Отвечать на эти и другие возникающие вопросы, а также помогать судебно-медицинским экспертам в правильной оценке степени тяжести телесных повреждений призваны изданные во всех союзных республиках правила определения степени тяжести телесных повреждений.

Действовавшие в Грузинской ССР с 1960 г. правила были пересмотрены, и 20/IV 1965 г. министр здравоохранения республики утвердил новые «Правила для составления заключения о тяжести телесных повреждений». Следовало полагать, что эти правила должны соответствовать УК Грузинской ССР, в подтверждение чего в пункте 4 правил записано, что судебно-медицинское определение степени тяжести телесных повреждений производится в соответствии со статьями УК Грузинской ССР, а в пункте 5 перечисляются предусмотренные законом признаки тяжких телесных повреждений.

Между тем в пункте 6 правил, содержащем перечень тяжких телесных повреждений, указаны «закрытые переломы обеих костей голени или предплечья, открытые переломы одной кости голени или предплечья». Возникает вопрос, по какому признаку эти повреждения отнесены к тяжким. Если исходить из статьи 110 УК Грузинской ССР, то признаками тяжких повреждений являются опасность для жизни или стойкая утрата трудоспособности не менее чем на треть и т.д. Могут ли указанные повреждения сопровождаться опасным для жизни состоянием или привести к подобной утрате трудоспособности? Да, могут, но только как исключение, а не как правило, поэтому включать их безоговорочно в перечень тяжких повреждений нельзя.

В правилах имеются противоречия. Так, перечень тяжких телесных повреждений (пункт 6) предусматривает «потерю пальцев рук, повлекшую утрату общей трудоспособности более одной трети». Пункт 8 правил разделяет органы на важные и менее важные, относя, в частности, к последним пальцы верхних и нижних конечностей. Согласно пункту 7, повреждения менее важных органов являются менее тяжкими.

Такое положение ставит в затруднение судебно-медицинских экспертов, так как допускает разную степень тяжести повреждений в одинаковых случаях. По таблице, приложенной к «Инструкции о порядке врачебного освидетельствования страхователей» (№ 153 от 18/V 1960 г. с изменениями от 5/VIII 1963 г.), потеря, например, большого и указательного пальцев правой руки составляет 50% постоянной утраты общей трудоспособности и должна относиться, следовательно, к тяжким телесным повреждениям, что согласуется с пунктом 6 правил, но не пунктом 7, относящим эти повреждения к менее тяжким.

Указанная несогласованность между отдельными пунктами правил произошла, по-видимому, потому, что правила расширили закон. Ст. 110 УК Грузинской ССР относит к тяжким повреждениям «повреждение, повлекшее за собой... потерю зрения, слуха или какого-либо органа... », а в пункте 6 в правил говорится уже о потере «важного органа». Далее, пункт 7 правил относит к менее тяжким телесным повреждениям «оскольчатые, фрагментированные и значительные переломы костей носа, скулы и верхней челюсти». Однако, учитывая анатомические особенности расположения верхней челюсти, ее связь с костями основания черепа вряд ли следовало безоговорочно относить «значительные переломы верхней челюсти» к менее тяжким повреждениям.

Согласно пункту 7 в, менее тяжкими являются «повреждения, вызвавшие стойкое, но не тяжелое заболевание или повреждение, повлекшее утрату общей трудоспособности менее трети, но не менее 10%». К легким телесным повреждениям с расстройством здоровья (пункт 8 б) причисляет «повреждения, нуждающиеся в кратковременном лечении, но не более 12 дней, и оканчивающиеся полным выздоровлением без потери трудоспособности». Непонятно, к каким повреждениям следует относить стойкую утрату общей трудоспособности в размере 5%.

Необходима также и большая согласованность правил отдельных республик. К менее тяжким телесным повреждениям закон относит повреждения не опасные для жизни, но вызвавшие длительное расстройство здоровья. Эта «длительность» определяется в правилах каждой из Закавказских республик по-разному: в Грузии — к менее тяжким отнесены повреждения, вызвавшие временную утрату трудоспособности сроком не менее 12 дней, в Азербайджане — вызвавшие расстройство здоровья не менее 3 недель, а в Армении — не менее 4 недель.

Таким образом, одна и та же травма в разных республиках квалифицируется различно, что имеет большое практическое значение. Районные судебно-медицинские эксперты знают обычно правила той союзной республики, где они работают. Нередко пострадавшие лица попадают в лечебное учреждение другой союзной республики. Судебно-медицинский эксперт, проводя экспертизу по постановлению следователя другой республики, определяет степень тяжести повреждения по правилам «своей» республики. Следователь может не обратить внимания на эту особенность (тем более что в актах экспертиз не делается ссылки на статьи уголовных кодексов той или иной республики) или не знать о ней, в результате чего квалификация повреждений не будет соответствовать «Правилам» республики, на территории которой они были причинены.

Практика свидетельствует о целесообразности установления во всех республиках единого срока длительности расстройства здоровья, определяющего степень тяжести повреждения. Этот срок для работающих обычно характеризуется временной нетрудоспособностью. Полагаем, что к менее тяжким должны относиться повреждения, вызывающие временную нетрудоспособность продолжительностью более 3 недель. Мы исходим при этом из следующего.

К временной нетрудоспособности продолжительностью «не менее 12 дней» могут привести растяжения связок мелких суставов, необширные раны мягких тканей, ушибы отдельных частей тела. Очевидно, что совсем не о таких повреждениях говорит законодатель, предлагая относить к менее тяжким повреждения, вызвавшие длительное расстройство здоровья.

Если к менее тяжким относить повреждения, вызвавшие временную нетрудоспособность продолжительностью более 4 недель, то многие повреждения, в том числе переломы (одного ребра, ключицы, мыщелка плеча, лучевой кости в типичном месте и т.д.), придется относить к легким телесным повреждениям с расстройством здоровья. Это также не будет соответствовать требованиям закона, ибо законодатель относит к легким лишь повреждение, «повлекшее за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности» (ст. 112 УК РСФСР).

Следовательно, установление 3-недельного срока расстройства здоровья в качестве критерия менее тяжких повреждений соответствует требованиям закона и, учитывая сроки заживления повреждений, является наиболее целесообразным.

Выводы

  1. В правилах для составления заключения о тяжести телесных повреждений Министерства здравоохранения Грузинской ССР должны быть устранены противоречия между отдельными пунктами.
  2. Из перечней повреждений, приведенных в правилах, следует исключить те, которые могут иметь разную степень тяжести.
  3. В правилах всех союзных республик должны быть единые признаки степени тяжести повреждений (если эти признаки не предусмотрены законом). Целесообразно разработать единые для СССР правила определения степени тяжести телесных повреждений.

похожие статьи

Комплексный подход к проведению судебно-медицинских экспертиз в отношении несовершеннолетних в случаях травм, подозрительных на насильственные действия / Ковалев А.В., Козлова Т.П. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2017. — №2. — С. 4-6.

Экспертная практика медицинского критерия «потеря зрения» / Григорьева Е.Н. // Судебная медицина. — 2017. — №3. — С. 29-31.

Вопросы совершенствования законодательства, регулирующего оценку тяжести вреда здоровью от воздействия биологического повреждающего фактора / Кадочников Д.С., Минаева П.В. // Вестник судебной медицины. — Новосибирск, 2016. — №4. — С. 15-19.

Современное состояние вопроса экспертного исследования медицинских документов в случаях смерти от травмы в медицинских организациях в отдаленном посттравматическом периоде / Ковалев А.В., Налетова Д.М., Белянский К.Д. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2016. — №2. — С. 44-46.

Выбор квалифицирующего признака в случае перелома ребра, участвующего в дыхании / Кислов М.А., Григорьева Е.Н., Крупин К.Н. // Судебная медицина. — 2017. — №2. — С. 41-42.

авторы

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z

последние поступления в библиотеку

МРТ-диагностика отека костного мозга и его значение в судебно-медицинской оценке повреждений костей и суставов / Фетисов В.А., Кулинкович К.Ю. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2017. — №3. — С. 50-56.

Судебно-медицинская оценка причин и условий возникновения холодовой травмы / Шигеев В.Б., Шигеев С.В. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2017. — №3. — С. 42-49.

Инфаркт или травматический разрыв селезенки? / Толмачев И.А., Белых А.Н., Божченко А.П., Лобан И.Е., Сафрай А.Е. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2017. — №3. — С. 39-41.

Профессор Ю.С. Сапожников // Судебно-медицинская экспертиза. — 1967. — №2. — С. 63.

Второе межобластное совещание судебно-медицинских экспертов Урала, Сибири и Дальнего Востока и выездная сессия научно-исследовательского института судебной медицины министерства здравоохранения СССР / Касаткин Б.С., Лемкин М.Б. // Судебно-медицинская экспертиза. — 1967. — №2. — С. 60-62.