no

Значение планктона в диагностике утопления (Обзор)

/ Эйдлин Л.М.  // Судебно-медицинская экспертиза. — 1968 — №2. — С. 18-21.

Эйдлин Л.М. Значение планктона в диагностике утопления (Обзор)

УДК 340.626.6:581.526.325

Л.М. Эйдлин (Воронеж)


Planctonic Elements: Their Role in the Diagnosis of Drowning

L.M. Eidlin

The diagnostic value of this method is strongly disputed. Planctonic elements may be regarded as a proof of intravital submersion only if other characteristic features are present.

Поступила в редакцию 20/II 1967 г.

ссылка на эту страницу

Вопрос о значении планктона для диагностики утопления весьма дискутабельный. В этом можно легко убедиться, если взять хотя бы руководства и учебники, вышедшие у нас в последние годы.

В учебнике по судебной медицине под редакцией И.Ф. Огаркова сказано о посмертном проникновении планктона в легкие и другие органы. Этим по существу сводится на нет значимость планктона как признака смерти от утопления. В кратком руководстве по судебной медицине М.И. Авдеева, наоборот, утверждается, что обнаружение диатомей во внутренних органах трупа, куда они могут попасть только при наличии кровообращения, служит доказательством утопления. М.И. Авдеев рекомендует исследовать, на планктон каждый извлеченный из воды труп. Есть и промежуточные суждения. Так, в учебнике судебной медицины В.М. Смольянинова, К.И. Татиева и В.Ф. Червакова говорится, что нахождение планктона во внутренних органах трупа бесспорно свидетельствует об утоплении при большом количестве диатомей, однако какое количество можно признать большим, не сказано.

Типичные для утопления морфологические изменения могут не возникать или исчезать вследствие гниения. Это делает понятным стремление найти лабораторные методы доказательства утопления. Таких методов было предложено немало, но они либо не приобретали практического значения, либо быстро теряли его. Исключение составил только метод обнаружения планктона.

Обнаружение взвешенных в жидкости частиц планктона в легких сначала представилось убедительным признаком смерти от утопления. Однако в дальнейшем была доказана возможность посмертного возникновения этого явления. Затем установили, что при утоплении жидкость с планктоном может из легких проникнуть в кровеносное русло и во внутренние органы, причем в них обнаруживается как фитопланктон (диатомеи), так и псевдопланктон (песчинки). Казалось, что, наконец, найден абсолютно достоверный признак смерти от утопления.

Однако впоследствии было установлено, что и в трупе жидкость вместе с планктоном может просачиваться по тканевым щелям из легких в другие органы и ткани. Этому особенно способствуют процессы посмертного разложения. Новые данные сильно пошатнули доказательную значимость представлявшегося достоверным признака. Затем выяснили, что планктон жидкости утопления находится не только во внутренних органах трупа, но и в костном мозгу, который отделен от разлагающихся мягких тканей костной преградой.

Можно было думать, что при отсутствии видимых проявлений гниения обнаружение планктона в крови и внутренних органах, а у загнивших трупов выявление его в костном мозгу служит несомненным признаком смерти от утопления. Интерес к планктону как у нас, так и за рубежом чрезвычайно возрос. Появилось много работ, устанавливающих новые факты.

Оказалось, что планктон имеется повсюду — в воздухе, воде, почве, а также на поверхности любых предметов. Человек вводит его в организм как в процессе дыхания, так и вместе с поглощаемыми жидкостями и пищей. Следовательно, планктон из легких и желудочно-кишечного тракта может проникать в сосудистое русло, а оттуда во все ткани и внутренние органы. Его можно обнаружить в тканях и внутренних органах в любом случае смерти, а не только при утоплении. Об этом говорят Mueller (1963), Petersohn (1963) и Spitz (1963 и 1966).

К аналогичному выводу пришли и Werner и соавторы (1966). Экспериментами на собаках они установили, что диатомеи и частицы латекса размерами до 90 ммк уже через 10 мин. после перорального введения можно обнаружить в артериальной и венозной крови, где их количество нарастает в течение 2 часов. Частицы латекса выявили в крови и при утоплении собак в жидкости, содержащей их, а также у людей при питье такой жидкости. Все это опровергает доказательную значимость диатомей для диагностики утопления. С.П. Дидковская (1965), которая исследовала внутренние органы собак, получавших в течение 3—14 дней диатомовую культуру (с большим содержанием клеток с водой), а также и мочу людей, пивших воду, в которой содержалась большое количество диатомовых водорослей, пришла к выводу о невозможности попадания диатомовых водорослей в кровь и во внутренние органы через желудочно-кишечный тракт.

Н.П. Марченко указал, что диатомеи и песчинки могут попасть, в легкие в процессе дыхания. На основании экспериментальной проверки на кроликах он установил, что при утоплении планктон и псевдопланктон из легких проникают в сосудистое русло и во внутренние органы. При погружении в воду трупов этого не происходит. Отсюда он сделал вывод, что обнаружение диатомей и песчинок во внутренних органах (за исключением леших) является признакам смерти от утопления. Н.И. Асафьева также считает, что обнаружение фито- и псевдопланктона в почках свидетельствует о смерти от истинного или прерванного утопления.

Л.П. Андрианов существенно ограничивает значение такой находки. По его данным, обнаружение псевдопланктона в почках может иметь значение как признак утопления только в том случае, если исключается прижизненное запыление легких. Об этом же, касаясь не только, почек, но и других внутренних органов, говорит И.К. Клепче (1966). Данные указанных авторов свидетельствуют о возможности проникновения вдыхаемого планктона в сосудистое русло, а оттуда в другие внутренние органы. Однако С.П. Дидковская (1966) отрицает подобную возможность.

Santini и Dell’ Erba подчеркивают возможность поступления в легкие планктона из воздуха при дыхании. Они ссылаются на свои опыты, а также на опыты Ambrosi и Gariero, которыми установлено наличие диатомей в органах большого круга кровообращения не только при утоплении. Диатомей обнаруживали в плевральном экссудате, изъятом при жизни у больных туберкулезом.

Все это давало основание считать, что обнаружение планктона во внутренних органах извлеченного из воды трупа не может оцениваться как достоверное доказательство утопления, потому что никогда нельзя исключить возможность проникновения диатомей через дыхательные пути и желудочно-кишечный тракт вне всякой связи с утоплением.

Однако сторонники решающей значимости планктона на это вполне обоснованно возражали, что не только у планктона, но и у любого другого признака утопления нет самостоятельной достоверной значимости. Каждый признак необходимо оценивать критически в комплексе всех критериев и с учетом обстоятельств дела. Как и другие признаки, планктон может не выявляться в 25—50% случаев фактического утопления. Следовательно, отрицательный результат исследования не исключает возможности утопления.

Эти соображения, на первый взгляд, приравнивают планктон к другим признакам утопления и заставляют рекомендовать исследования на него у каждого извлеченного из воды трупа (М.И. Авдеев. Курс судебной медицины, 1966). В действительности это не так, ибо исследование на планктон связано с чрезвычайно трудно достижимыми условиями. Фитопланктон и псевдопланктон содержатся в большом количестве повсюду — в воздухе, воде, на любом предмете (в частности на одежде, коже и волосах трупа, на секционных инструментах и посуде, используемой при секции или транспортировке объектов в лабораторию). Он есть также в водопроводной воде. Все это делает понятным требование соблюдать чрезвычайную чистоту при выемке материала и исследовании на планктон и использовать при этом только дистиллированную воду.

Однако в дальнейшем планктон обнаружили и в дистиллированной воде. Н.П. Марченко, И.К. Клепче (1961), Б.С. Касаткин, De Bernardi рекомендуют в связи с этим пользоваться только бидистиллированной водой. Однако этого обязательного требования нет не только в сравнительно старых руководствах (Л.И. Громов и Н.А. Митяева), но и в справочном пособии последнего временя (И.В. Виноградов и А.С. Гуреев).

Далее устанавливается, что в реактивах, используемых для разрушения и консервирования тканей — например, в серной кислоте (У.Я. Берзиньш), в формалине, хранящемся в секционном зале (В.А. Балякин; Б.С. Свадковский и В.А. Балякин), и даже в муфельных печах могут содержаться диатомеи 1. Отсюда требование обязательной предварительной проверки и очистки всех используемых для исследования реактивов.

В.А. Балякин обращает также внимание на легкую возможность загрязнения планктоном тканей, изымаемых из трупа недостаточно чистым инструментом. Он рекомендует предварительно тщательно очищать и обрабатывать инструмент, после чего детально прополаскивать его в дистиллированной воде и до употребления сохранять в герметичных сосудах, пеналах или стерилизаторах. Рассекать ткани и извлекать органы надо постепенно сменяя инструменты. Исключительно важно пользоваться чистой посудой. После обычно принятых в моргах мойки и хранения посуды В.А. Балякин всегда находил в ней много диатомей.

Б.С. Свадковский и В.А. Балякин считают, что необходимо исследовать не менее чем по 200 г из 4—6 органов. Скелетные мышцы нужно выделять, не повреждая фасций. Костный мозг надо брать из длинных трубчатых костей. Для получения 200 г его рекомендуется использовать обе плечевые и бедренные кости, извлекая их из трупа и распиливая на части.

Если учесть всю сложность исключения возможности случайного загрязнения планктоном материала, который требуется изъять из трупа в столь большом количестве, посуды и формалина, а также сложность проверки и очистки всех реактивов, применяемых при анализе, то станет понятна трудность проведения подобного рода исследований. Это подчеркивают те, кто специально занимался такими анализами (У.Я. Берзиньш). Трудно согласиться с утверждением С.П. Дидкавской (1966), что взятие материала, его последующая обработка и определение диатомовых водорослей не представляют особых затруднений. Б.С. Свадковский и В.А. Балякин считают, что взятие материала и последующий анализ его не представляют непреодолимых препятствий для использования в судебно-медицинской практике. Им трудно возразить, так как непреодолимые препятствия действительно встречаются редко.

Когда знакомишься с работами тех, кто занимался исследованиями на планктон, кто создавал для этого специальные условия, препятствующие возможности случайного загрязнения, бросается в глаза, что чем в меньшей мере обеспечивалась возможность случайного загрязнения, тем выше были требования к количеству диатомей, необходимых для признания анализа положительным. Так, Б.С. Свадковский и В.А. Балякин, а также С.П. Дидковская (1966), которые пользовались обычной дистиллированной водой и, видимо, не применяли специальные меры контроля и очистки реактивов, а также меры предупреждения загрязнения планктоном при озолении, считают доказательным для утопления обнаружение в одном исследуемом органе, кроме легких, не менее 10 панцирей диатомей. А У.Я. Берзиньш, выполнявший указанные мероприятия, находил во внутренних органах всего по 1—2—3—5 и 8 экземпляров. По меньшему суммарному количеству диатомей допускает делать положительное заключение методическое письмо по этому вопросу (1961). Понятно, что здесь могут играть роль и трудности микроскопического распознавания панцирей диатомей, на что обращают внимание С.А. Прилуцкий и О.Б. Бурак (1959).

Подводя итог сказанному, приходится признать, что исследование трупного материала на планктон весьма трудоемко, требует специальной обстановки в секционном зале и в лаборатории. Обнаружение планктона (во внутренних органах и тканях не является особенно доказательным (по сравнению с другими признаками утопления) и должно критически расцениваться в комплексе других критериев при учете обстоятельств дела.

Ценность любого метода исследования тем выше, чем достовернее его результаты и чем шире возможности его использования в повседневной практике. Присущая планктонному методу опасность случайного загрязнения в существенной мере уменьшается, а возможность его применения значительно расширяется при использовании предложения В.А. Свешникова. По его данным, при утоплении в пазуху основной кости проникает вода, а вместе с нею может проникнуть и планктон. В.А. Свешников рекомендует, удалив гипофиз, споласкивать из шприца дистиллированной водой спинку турецкого седла, малым долотом прорубать небольшое окошко в пазуху основной кости, через которое иглой шприца (промываемой, как и долото, дистиллированной водой) извлечь находящуюся там жидкость. При утоплении количество ее достигает 0, 6—5 мл, чего не бывает при других видах смерти. Каплю этой жидкости наносят на предметное стекло либо непосредственно, либо после предварительного обогащения. Под микроскопом в ней можно обнаружить планктон, споры растений, микроорганизмы и даже простейших. Предложение В.А. Свешникова заслуживает большого внимания. Следует только пользоваться не дистиллированной, а бидистиллирозанной водой. Понятно, что результат наследования надо расценивать в свете современного состояния вопроса о диагностическом значении планктона.

 

1 По-видимому, здесь следовало бы говорить не о самих диатомеях, а лишь об их панцирях. — Ред.

 

ЛИТЕРАТУРА

  • — Авдеев М.И. Краткое руководство по судебной медицине. М., 1966.
  • — Андрианов Л.П. Суд.-мед. эксперт., 1962, № 1, с. 20.
  • — Асафьева Н.И. В кн.: Сборник научных работ Саратовск. научного о-ва судебных медиков и криминалистов. Саратов, 1961, в. 3, с. 27.
  • — Балякин В.А. Труды Ленинградск. ин-та усовершенствования врачей, 1962, в. 29, с. 102.
  • — Берзиньш У.Я. В кн.: Сборник научных работ сотрудников кафедры судебной медицины Ленинградск. ин-та усовершенствования врачей. Л., 1957, в. 10, с. 16.
  • — Виноградов И.В., Гуреев В.С. Лабораторные исследования в практике судебно-медицинской экспертизы (Справочное пособие). М., 1966.
  • — Громов Л.И., Митяева Н.А. Пособие по судебно-медицинской гистологии. М., 1958.
  • — Дидковская С.П. В кн.: Сборник трудов Научного о-ва судебных медиков Литовск. ССР. Каунас, 1965, т. 2, с. 105.
  • — Дидковская С.П. В кн.: Вопросы судебной травматологии. Киев, 1966, с. 207.
  • — Дидковская С.П. Там же, с. 210.
  • — Клепче И.К. Тезисы докл. 11-й расширенной конференции Ленинградск. отделения о-ва судебных медиков и криминалистов. Л., 1961, с. 259.
  • — Марченко Н.П. В кн.: Материалы 3-й расширенной научной конференции, посвящен. памяти М.И. Райского. Киев, 1958, с. 52.
  • — Огарков И.Ф. (ред. ) Учебник судебной медицины. Л., 1964.
  • — Прилуцкий С.А., Бурак О.Б. В кн.: Материалы 4-й расширенной научной конференции Киевск. отделения Украинск. научного о-ва судебных медиков и криминалистов. Киев, 1959, с. 93.
  • — Свадковский Б.С., Балякин В.А. Диатомовый анализ при судебно-медицинской экспертизе утопления. М., 1964.
  • — Свешников В.А. В кн.: Судебно-медицинская экспертиза и криминалистика на службе следствия. Ставрополь-на-Кубани, 1965, в. 4, с. 348.
  •  — Смольянинов В.М., Татиев К.И., Черваков В.Ф. Судебная медицина. М., 1963.
  • — De Bernardi A., Minerva med.-leg., 1966, v. 86, p. 157.
  • — Mueller B., Dtsch. Z. ges. gerichtl. Med., 1963, Bd 54, S. 267.
  • — Petersohn F., Ibid., S. 376. — Santini M., De11’ Erba A., Minerva med.-leg., 1966, v. 86, p. 97. — Spitz W., Dtsch. Z. ges. gerichtl. Med., 1963, Bd 54, S. 42. — Werner U., Spitz W., Schmidt H., Ibid., 1966, Bd 58, S. 195.

похожие материалы в каталогах

Утопление

похожие статьи

Модификация метода изготовления препаратов для микрологического исследования / Анисимов Л.П., Девятериков А.А. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2017. — №16. — С. 7.

О возможности выявления факта перемещения трупа из прибрежной морской полосы с последующим его погребением / Пономарев Д.Ю., Никитаев А.В., Курч А.М. // Судебно-медицинская экспертиза. — 2015. — №1. — С. 13-17.

Аспирация крупных инородных тел при утоплении / Витер Н.И. // Судебно-медицинская экспертиза. — 1966. — №2. — С. 49.

Конкуренция причин смерти или асфиксия от странгуляции? / Соколов Е.Я. // Судебно-медицинская экспертиза. — 1965. — №1. — С. 45-46.

Pначение кристаллов струвита в серозных полостях трупов, извлеченных из моря / Черкавский Я.Б., Стукоченко А.Г. // Судебно-медицинская экспертиза. — 1965. — №1. — С. 18-20.