Критерии оценки работы судебно-медицинского эксперта танатологического отделения

/ Журавлев В.Р.  // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 1999 — №2. — С. 4-7.

ссылка на эту страницу

Существующая система отчетности, принятая к применению Главным Бюро Судебно-медицинской экспертизы РФ, учитывает только количественные показатели работы региональных бюро. Соответствующая отчетность требуется и от подразделений бюро. Однако существующая форма отчетности не отражает сложность экспертной работы, как бюро в целом, так и индивидуально каждого эксперта- танатолога. В настоящее время отсутствуют какие-либо критерии оценки сложности экспертной деятельности. Автор настоящей статьи ставит перед собой цель предложить возможный вариант некоторых критериев оценки интенсивности и сложности работы эксперта-танатолога.

Не требует доказательств утверждение, что затраты труда на проведение экспертиз случаев насильственной и не насильственной (скоропостижной) смерти различны. Я предлагаю использовать процентные соотношения сложности и интенсивности проведенной экспертной работы.

К насильственной смерти зачастую приводят механические повреждения тканей и органов, которые требуют дополнительного времени для исследования и последующего описания в протокольной части. Криминальный характер образования повреждений ещё более усложняет работу эксперта, требуя его повышенного внимания при описании повреждений и, при составлении мотивированных ответов, отнимает дополнительное время на изучение специальной литературы, на составление схематических изображений, на поведение специальных и дополнительных исследований, на участие в следственных действиях и пр. пр. Отдельные виды смерти, не криминального характера, например такие как падение с большой высоты, тем не менее требуют очень тщательного исследования обстоятельств травмы и всех обнаруженных повреждений с проведением полного комплекса дополнительных исследований. Затраты реального времени, для проведения подобного рода исследований бывают равны, а часто и превышают время затраченное на исследование случая криминальной смерти . В утвержденной схеме годового отчета (форма №42) в разделе "Характер экспертиз по исследованию трупов" причины смерти разделены по отдельной нозологии. Исходя из имеющегося опыта практической работы, позволю себе выделить случаи смерти требующие проведение экспертизы повышенной сложности. Это травма тупыми предметами, автомобильная и прочая транспортная травма, падение с высоты, огнестрельные повреждения, повреждения колюще-режущими, режущими и колющими предметами, механическая асфиксия - удавление. Случаи смерти от механической асфиксии других видов, от действия технического и природного электричества, от действия крайних температур, от отравления и все случаи скоропостижной смерти автором отнесены к категории исследований, не требующих дополнительного объема времени.

При анализе работы танатологического отделения учитывалось количество исследований , проведенных экспертами отделения индивидуально (общее количество проведенных исследований и количество исследований случаев смерти повышенной экспертной сложности), общее количество исследований в отделении по категориям. Из полученных результатов рассчитывался:

  1. процент экспертизы повышенной сложности в индивидуальной работе
  2. процент участия эксперта в работе всего отделения над экспертизой повышенной сложности
  3. процент индивидуального участия эксперта в общей работе отделения.

Все три показателя имеют самостоятельное значение в оценке экспертной деятельности танатолога:

  • > процент экспертизы повышенной сложности в индивидуальной работе эксперта позволяет судить собственно о степени сложности его работы, прогнозировать утомляемость (при высоких значениях), либо возможность увеличения рабочей нагрузки (при низких значениях). Сравнительные изменения показателя в течении ряда лет (кварталов, месяцев) при правильно поставленном руководстве отделением (когда эксперты заинтересованы в повышении профессиональных знаний) должны быть положительными. Отрицательная динамика показателя у одного эксперта в отделении, при активном росте показателей других экспертов, может достоверно свидетельствовать о повышенной утомляемости, психологической нестабильности или о физическом нездоровье. При том, что соматические заболевания эксперта легко проследить по количеству пропущенных по болезни рабочих дней , изменения психологического статуса каждого конкретного работника зачастую ускользают от внимания заведующего отделением, это не позволяет вовремя корректировать его рабочую нагрузку и избежать переутомления танатолога, что неизбежно приводит к снижению работоспособности, нелепым ошибкам в протоколах исследования и в выводах Заключения, вероятным длительным больничным отпускам. При отрицательной динамике показателя у нескольких экспертов можно делать достоверный вывод о слабой организации работы в отделении и отсутствии у экспертов интереса в повышении уровня профессиональных знаний;
  • > процентный показатель экспертизы повышенной сложности эксперта в работе всего отделения над исследованием случаев смерти повышенной сложности позволяет судить о рейтинге (значимости) того или иного эксперта в коллективе отделения. При нормальном положении вещей резких изменений показателя у экспертов одной возрастной группы в течении ряда лет (кварталов, месяцев) происходить не должно. Можно прогнозировать плавное повышение экспертного рейтинга у молодых специалистов, накапливающих во время работы непосредственный практический опыт и активно повышающих уровень своих профессиональных знаний. Резкие изменения рейтинговых показателей будут свидетельствовать о слабой организации в отделении плановой учебной работы;
  • > процентный показатель индивидуального участия эксперта в общей работе отделения по исследованию трупов отражает количественную сторону работы врача-танатолога и должен рассматриваться только в сравнении с показателем работы над экспертизой повышенной сложности в индивидуальной работе. При правильной организации труда в отделении высокий показатель сложности должен компенсироваться низким показателем участия в общей работе и наоборот. Отрицательная динамика обоих показателей может свидетельствовать о резком снижении работоспособности врача либо об отсутствии материальных стимулов к повышению рабочей нагрузки (то есть о слабой организационной работе заведующего). Положительная динамик а обоих показателей может свидетельствовать о чрезмерной интенсивности работы эксперта, которая может привести к скорому истощению его сил, что отразиться на его работоспособности.

Практическое применение предложенных показателей сложности работы экспертов-танатологов позволит не только контролировать работу танатологического отделения в плане организации распределения рабочей нагрузки, плановой учебы, личной заинтересованности экспертов к повышению своего профессионального уровня , но и позволит прогнозировать работу всего отделения на какой-либо расчетный период, прогнозировать вероятность повышения рабочей нагрузки для каждого отдельного эксперта, упреждать утомляемость врачей танатологов. Все это, в конечном итоге, может положительно повлияет на качество и сроки составления Заключений экспертов танатологического отдела.

похожие статьи

Итоги судебно-медицинской экспертной деятельности в Московской области за 2014 год / Клевно В.А. // Судебная медицина. — 2015. — №2. — С. 9-12.

Судебно-медицинская характеристика структуры смерти в г. Москве в 1990-1994 годах / Тучик Е.С., Жаров В.В. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №2. — С. 4-6.

Структура причин смерти при убийствах в г. Москве / Тучик Е.С., Жаров В.В. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №2. — С. 3-4.

Актуальные аспекты организации судебно-медицинской деятельности в современных условиях / Кишиневский А.Н., Туманов В.М., Ивкин А.А., Чернуха Н.А. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 11-13.

К вопросу об альтернативной судебно-медицинской экспертизе / Заславский Г.И. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 8-9.