Судебно-медицинские особенности повреждений тела человека эластическими снарядами

/ Михайленко А.В.  // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2012 — №12. — С. 124-128.

Михайленко А.В. Судебно-медицинские особенности повреждений тела человека эластическими снарядами

Киевское городское клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы

 

 

 

 

ссылка на эту страницу

В практической работе судебно-медицинских экспертов все чаще приходится сталкиваться с экспертизами по факту применения «не летального» оружия. Наибольшее распространение в категории такого оружия получило травматическое оружие с огнестрельным способом метания снаряда, где в качестве снаряда используется эластичный шарик – «резиновая пуля». В Украине за последнее десятилетие разными производителями разработаны и производятся в большом разнообразии патроны калибра 9,0 мм, которые имеют различную навеску порохового заряда, снаряженные пулями с различным весом, плотностью и конструкцией. То есть различные пули калибра 9,0 мм приобретают различные и достаточно значимые энергетические и конструкционные отличия, что, соответственно, ведет к образованию повреждений с различными морфологическими проявлениями и требует их дифференциальной диагностики.

Целью работы является изучение патронов ударно-травматического действия «Терен-3ФП» и «АЕ 9», которые снаряжены эластичными пулями. Выстрелы проводились из пистолета «Форт 12Р».

Материал и методы исследования. Патроны «Терен-3ФП» имеют длину 22,7 ± 1,0 мм, диаметр 9,5 ± 1,0 мм. Патрон снаряжен эластичной пулей, которая представляет собой шарик диаметром 9,5 ± 0,1 мм, весом 0,9–1,0 г. Пуля изготовлена из смеси винилхлорида эмульсионного ГОСТ 14039-78, диоктилфтолата ГОСТ 8728-88 и окиси свинца марки «4». В патронах использован порох ОГ–10 ТУ 21111092-003-98. Удельная кинетическая энергия пули для скорости 240 м/с на расстоянии 3 м составляет 0,40 Дж/мм². Представленные характеристики устанавливались в НПП «Эколог».

Патроны «АЕ 9» имеют длину 22,7–1,0 мм, диаметр 9,5 ± 0,1 мм. Патрон снаряжен эластичной пулей, которая представляет удлиненную сферу диаметром 9,5 ± 0,2 мм, вес пули 0,5–0,7 г. Между полусфер пули имеется цилиндрическая полость длиной 0,2–0,4 мм. Вдоль цилиндрической части имеется компенсаторная полость, служащая для уменьшения проникающего действия пули.

Выстрелы проводились сериями по 5 выстрелов с расстояния 3,0 м под прямым углом к передней поверхности грудной клетки и к животу. Это расстояние было нами определено как «граничное» к официально разрешенному расстоянию применения этих патронов (3,5 м).

Результаты исследований и их обсуждение. При выстрелах в грудную клетку и переднюю брюшную стенку, не покрытые одеждой, на коже образовывались повреждения в виде ссадин и ран. Ссадины были только глубокими, а раны имели две морфологические формы: поверхностные и глубокие.

Ссадины на коже, при фронтальном контакте снаряда, имели округлую форму, диаметром от 0,9 до 1,1 см. Края ссадин неровные в своем большинстве, с множественными мелкими вытянутыми лоскутками эпидермиса, основа которых обращена и фиксирована к краю ссадин на уровне неповрежденной кожи. Дно ссадин кратерообразно углублено. Указанные лоскутки эпидермиса отвернуты в направлении движения снаряда.

При исследовании «поверхностных» ран и раневых каналов, которые отходили от них, было выявлено только повреждение кожи и подлежащей подкожно-жировой клетчатки в виде размозжения. Длина раневого канала при этом не превышала 0,5–1,0 см. Пули располагались между краями ран, выступая над поверхностью кожи, или усматривались сквозь рану в толще подкожно-жировой клетчатки.

Раны имели округлую форму 0,9–1,1 см в диаметре. Большая часть поверхностных ран имела вид ссадины, на фоне которой по краю располагался сквозной дуговидный разрыв кожи. Края разрывов кожи были неровными, с наличием мелких «нитевидных» удлиненных элементов дермы длиной до 0,1 см. Сквозь указанные дуговидные разрывы кожи пули проникали под кожу. В некоторых ранах разрывы занимали практически всю длину окружности ссадины с формированием в центре сохраненного лоскута кожи, который имел резко истонченный вид и был фиксирован к краю раны в каком-либо сегменте ее окружности. Также было отмечено образование ран с формированием округлой формы дефекта кожи в центре, размером 0,7×0,7 см, а по краям его отмечался поясок осаднения кожи, который имел ширину 0,2–0,4 см.

При исследовании глубоких ран и отходящих от них раневых каналов было установлено размозжение подкожно-жировой ткани на всю глубину (толщина подкожно-жирового слоя в данной анатомической области), а также повреждение подлежащих мышц и их фасций. При этом пули располагались в конце раневых каналов, длина которых зависела от толщины подкожно-жирового слоя и максимально составляла до 5–6 см, в основном за счет жировой ткани. Раны на коже имели округлую форму с дефектом кожи в центре. По ходу раневого канала отмечалось размозжение подкожно-жировой клетчатки диаметром около 2 см, а диаметр размозжения подлежащих мышц составлял до 1,5 см.

При проведении выстрелов в вышеуказанные зоны тела, защищенные одним слоем хлопчатобумажной ткани, образовывались аналогичные повреждения, однако отмечалось преобладание ссадин и поверхностных ран, а более глубокие раны образовывались гораздо реже.

В указанных экспериментах на нескольких трупах, толщина подкожножирового слоя у которых на передней брюшной стенке была до 0,5 см, при попадании пуль в область правого подреберья были получены ранения, которые не проникали в полость брюшины. Раневой канал их распространялся за пределы подкожной клетчатки, и по ходу его определялись повреждения переднего листа фасции прямой мышцы живота и размозжение самой мышцы, без повреждения ее заднего листа и брюшины, при этом сами пули находились в конце раневых каналов. Соответственно расположению пуль над брюшиной на передней поверхности печени были выявлены повреждения, которые имели вид разрывов-размозжений капсулы и ткани печени многолучевой формы. Данные повреждения печени имели центральную часть округлой формы, размерами до 1,2×1,2 см, от краев которой радиально в виде лучей отходило от двух до пяти разрывов ткани линейной формы длиной 1,0–1,5 см. Разрывы проникали в ткань печени на глубину до 1,0 см. Края разрывов были неровными, а концы их заостренными. Также по краям описанных разрывов отмечалась отслойка капсулы от ткани печени. Также были выявлены разрывы капсулы и ткани печени линейной формы длиной до 2,5 см.

При проведении выстрелов в грудную клетку повреждений с проникновением пуль в плевральные полости, переломов грудины и ребер выявлено не было. Однако в одном случае было получено повреждение, в котором снаряд располагался на поврежденной пристеночной плевре в конце раневого канала. Также в конце раневого канала было выявлено щелевидной формы повреждение пристеночной плевры длиной около 0,4 см. На поверхности легкого, в проекции повреждения пристеночной плевры, каких-либо травматических изменений не обнаружено.

Выводы:

  1. При выстрелах патронами «Терен-3ФП» и «АЕ 9» с расстояния 3,0 м по передней поверхности грудной клетки и передней брюшной стенке, которые не защищены одеждой, образуется группа таких повреждений, как глубокие ссадины, поверхностные раны и раны с отходящими раневыми каналами глубиной до 5–6 см. При наличии одного слоя одежды образуется аналогичная группа повреждений, однако в ином процентном соотношении, где превалируют ссадины и поверхностные раны, а раны с глубокими раневыми каналами образуются значительно реже.
  2. При выстрелах патронами «Терен-3ФП» и «АЕ 9» с расстояния 3,0 м по передней брюшной стенке было отмечено образование ранений, которые не проникали в полость брюшины, однако сопровождались закрытыми повреждениями капсулы и ткани печени. Расценивая переднюю брюшную стенку как эластичную преграду, которую преодолевает эластичный огнестрельный снаряд, можно сделать вывод о том, что образование закрытых повреждений органов брюшной полости связано с выраженным запреградным воздействием эластичных снарядов даже без сквозного повреждения самой преграды (передней брюшной стенки).
Литература:
  1. Бабаханян, А. Р. Случай самоубийства выстрелом из оружия самообороны пистолета «ПБ-4М» / А. Р. Бабаханян, А. А. Аверкин // Судеб.-мед. экспертиза. – 2002. – № 4. – С. 39–40.
  2. Исаков, В. Д. Повреждения, причиненные из бесствольного оружия самообороны / В. Д. Исаков, А. Р. Бабаханян, Д. К. Тамберг // Судеб.-мед. экспертиза. – 2005. – № 4. – С. 32–34.
  3. Кондратенко, В.Л. Експериментальні вогнепальні ушкодження голови при пострілах в притул набоями, спорядженими еластичними кулями калібру 9 мм // Укр. судово-медичний вісник. – 2003. – № 1. – С. 19–21.
  4. Попов, В.Л. Судебно-медицинская баллистика / В.Л. Попов, В.Б. Шигеев, Л.Е. Кузнецов. – СПб.: Гиппократ, 2002. – С. 302–328.
  5. Экспертиза повреждений при использовании газового оружия самообороны / Р.В. Бабаханян, Е.С. Бугинцев, Е.В. Долинский и др. – СПб.: Юнис, 1994. – 50 с.
  6. Судово-медична оцінка ушкоджень голови і тулуба людини еластичними кулями / В. Д. Мішалов, Ю. П. Шупик, В. Г. Бурчинський // Збірник наукових праць НМАПО ім. П.Л. Шупика. – Київ. – 2006. – Вип. 15, Кн. 1. – С. 567–573.
  7. Сухий, В.Д. Вплив дистанції пострілу на характер ушкоджень грудної клітки та живота, які заподіюються при ураженнях з неблизької дистанції патроном «Терен-12» з еластичною кулею / В. Д. Сухий, Г. А. Зарицький // Укр. судово-медичний вісник. – 2003. – № 1.– С. 30–32.
  8. Сухий, В.Д. Морфологічні особливості ушкоджень незахищених грудної клітки та живота при пострілах з неблизької дистанції патроном «Терен-12» з еластичною кулею / В. Д. Сухий, О. В. Лесько // Укр. судово-медичний вісник. – 2003. – № 1. – С. 32–33.
  9. Сухий, В.Д. Порівняльна характеристика технічних показників деяких вітчизняних метальних пристроїв та патронів до них, споряджених 9 мм еластичними кулями / В. Д. Сухий, О. П. Колос, I. B. Чайка // Укр. судово-медичний вісник. – 2004. – № 15. – С. 13–15.
  10. Сухий, В.Д. Судово-медична характеристика ушкоджень. спричинених 9 мм еластичними кулями: автореф. дис. канд. мед. наук. – Київ, 1999.

похожие статьи

Патоморфология раневого процесса при ранении химическим снарядом и идентификация частиц хлорацетофенона в гистологических срезах / Зимина Л.Н., Михайлова Г.В., Казачков В.И., Бялик И.Ф., Звездина М.В. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 78-79.

Установление модели газового огнестрельного оружия самообороны по следам выстрела / Гальцев Ю.В., Гальцев А.Ю. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 74-75.

Особенности состава частиц продуктов выстрела из газового ствольного оружия / Кузнецов Ю.Д., Бабаханян Р.В., Исаков В.Д. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 72-73.

Признаки дробовых повреждений из газового стволового оружия / Кузнецов Ю.Д., Бабаханян Р.В., Исаков В.Д. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 70-71.

Диагностическое значение металлизации в области повреждений на объектах судебно-медицинской экспертизы при выстрелах из газового ствольного оружия / Макаренко Т.Ф. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 67-69.

О топографии напряжений в реберном кольце при статических нагрузках / Бугуев Г.Т. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №3. — С. 8-10.

Судебно-медицинская оценка переломов ребер в условиях ударного сдавливания грудной клетки / Бадалян А.Ф., Саркисян Б.А., Бураго Ю.И. // Медицинская экспертиза и право. — 2009. — №1. — С. 39-41.

Повреждения, возникающие при искусственном дыхании и непрямом массаже сердца / Зиненко Ю.И. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1967. — №3. — С. 23-24.

Тактика и алгоритм действий судебно-медицинского эксперта при исследовании трупов с множественными переломами ребер. Практические рекомендации / Клевно В.А. // Судебная медицина. — 2017. — №2. — С. 29-31.

Морфология колото-резаных повреждений ребер при воздействии клинком ножа / Кислов М.А. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2017. — №16. — С. 30-33.

Повреждения внутренних органов живота при некоторых видах смертельной автомобильной травмы / Тхакахов А.А. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 115-116.

О возможности дифференциальной диагностики некоторых видов смертельной автомобильной травмы по повреждениям внутренних органов живота / Солохин А.А., Тхакахов А.А. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 112-114.

Острое расширение желудка как осложнение тупой травмы живота / Штарберг А.И., Гиголян М.О., Черёмкин М.И., Смирнова Е.А., Жердева Е.А. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 226-227.

Смерть от разрыва подковообразной почки при тупой травме живота / Медведев Д.Н. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1967. — №4. — С. 49-50.

Экспертная оценка морфологии повреждений почки при установлении механизма, прижизненности и давности травмы / Новоселов В.П., Савченко С.В., Саковчук О.А. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 2016. — №5. — С. 10-13.