Случай патологического опьянения

/ Каминская Ц.З.  // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1960 — №1. — С. 48-50.

Каминская Ц.З. Случай патологического опьянения

Львовская республиканская психоневрологическая больница (главный врач А.И. Ковалюх, научный руководитель—заслуженный деятель науки проф. Е.В. Маслов)

Поступила в редакцию 20/XII 1958 г.

ссылка на эту страницу

Патологическое опьянение имеет большое судебнопсихиатрическое значение, так как установление его исключает вменяемость лица, совершившего преступление в этом состоянии. В то же время диагностирование патологического опьянения нередко бывает связано с большими трудностями в связи с недостаточностью объективных данных, характеризующих поведение человека, совершившего преступление в состоянии опьянения. Эксперту приходится давать заключение ретроспективно, по материалам следственного дела, пользуясь показаниями свидетелей, не компетентных в этом вопросе. Однако свидетели иногда дают очень правильные и ценные характеристики поведения лиц, которые совершили преступление в состоянии опьянения. Внимание их привлекает внешний вид обвиняемого, о котором они говорят как о человеке, похожем «на безумного», «на сумасшедшего», отмечают, что «на ногах, он стоял крепко, пьяным не выглядел» и т. п.

Врач-психиатр не имеет возможности наблюдать за состоянием и поведением лиц в момент совершения преступления.

Как известно, патологическое опьянение возникает внезапно, является острым кратковременно протекающим психозом, сопровождающимся расстройством сознания, психомоторным возбуждением, автоматическими действиями, галлюцинаторно-бредовыми переживаниями, скудостью речи. Очень важным является и то, что этот психоз часто сопровождается сном с последующей полной или частичной амнезией.

Постоянной особенностью патологического опьянения является резкое помрачение сознания, изменение аффективной сферы и искаженное восприятие окружающего. В этом состоянии у больных происходит отрыв от реальной действительности, контакт с окружающими утрачивается. Патологическое опьянение наступает независимо от количества принятого алкоголя со всеми характерными для него особенностями.

В экспертной практике нередко приходится сталкиваться с явлениями тяжелого алкогольного опьянения, затрудняющего решение вопроса о вменяемости, поскольку некоторые симптомы наблюдаются как при обычном, так и при патологическом опьянении. Так, например, устойчивая походка, бессмысленный взгляд, произнесение отрывочных фраз отмечаются при простом (но глубоком) опьянении и при патологическом опьянении с той лишь разницей, что при патологическом опьянении отрывочные фразы характеризуют бредовые переживания. Что касается походки, то при исчезновении признаков опьянения она внезапно становится устойчивой, уверенной.

В практике нашего отделения случаи патологического опьянения встречались редко, некоторые из них вызывали определенные трудности. При решении вопроса о характере опьянения мы запрашивали дополнительные материалы по делу, так как не всегда в деле имелись исчерпывающие данные, характеризующие важные для эксперта моменты.

Приводим описание случая патологического опьянения.

Г., 38 лет, обвиняется в убийстве одного гражданина в состоянии опьянения. Из анамнеза известно, что Г. родился в крестьянской семье. Окончил 10 классов и авиационное училище, после чего работал в гражданской авиации. Женат, имеет двоих детей. В детстве перенес корь, в 1937 г. получил ушиб головы с потерей сознания, лечился около месяца. В 1938 г. упал во время спортивной игры, также терял сознание, лечился около 2 месяцев в больнице, где ему врачи якобы сказали, что у него «отбита почка»; в том же году имел перелом левой стопы. Алкоголь употребляет редко, тяготения к спиртным напиткам не испытывает. Венерические заболевания отрицает. По обстоятельствам дела Г. рассказал, что на протяжении 2 месяцев он находился в командировке в незнакомом городе и был в напряженном состоянии, связанном с рядом неприятностей по службе. В ночь с 22 на 23. декабря 1956 г. не спал, «потому что сильно болело сердце, чувствовал у себя температуру и какое-то нервное напряжение». До обеда был на конференции, ничего не ел. Вернувшись в свою комнату, принял ванну, но почувствовал себя очень плохо и лег. В это время живший .с ним в комнате гражданин предложил ему и- еще одному человеку поехать в город выпить вина. Втроем они поехали в город, где в буфете познакомились еще с тремя гражданами, с которыми стали употреблять спиртные напитки. Испытуемый выпил 150 г водки и «200 г разведенного виноградного вина». Между Г. и его собутыльниками была исключительно дружная беседа. В связи с тем что в буфете не было горячей закуски, они решили поехать в ресторан, чтобы поужинать. Вместе с ними поехало еще несколько человек. В ресторане все за столом продолжали вести дружескую беседу. Двое его товарищей ушли из ресторана. В это время к Г. сзади: подошел гражданин и, обращаясь к нему, сказал: «Уходите, на вас сейчас будет нападение» и тут же ушел. Через несколько минут вновь подошел тот же гражданин сзади и снова сказал: «Сейчас в вас будут стрелять». Испытуемый посмотрел на него и увидел, что этот человек удаляется, и одновременно уменьшается в размере, становится величиной с палец и, наконец, исчезает. Г. посмотрел вокруг, около него никого не было, стало очень страшно и тревожно. 0:н насторожился, но ничего не предпринял. Затем посмотрел в зал ресторана и увидел, что музыкантов нет и прекратилась только что звучавшая мелодия. Весь зал оказался пустым, хотя он не видел, чтобы кто-либо из него выходил. Стало «не по себе, хотелось только одного, скорее убежать куда-нибудь».

Что было дальше не помнит. Воспоминания носят отрывочный характер. Припоминает, что сидел за рулем автомашины, затем проходил через множество каких-то. пустых комнат, ехали на бронетранспортере. Начал помнить себя утром в милиции, где спал и проснулся от сильной головной боли. Вечером узнал от следователя, что тяжело ранил одного человека. По материалам дела известно следующее. 23/Х11 1956 г. в. 18 часов Г. вместе с двумя гражданами выехали на автомашине в незнакомый город «Н», где в буфете познакомились с неизвестными людьми, с которыми употребляли спиртные напитки. По показаниям одного из этой компании каждый из них выпил по 100 г водки и по стакану виноградного вина, после чего беседовали между собой и еще выпили по бокалу разведенного виноградного вина. Другие свидетели подтверждают, что беседа между ними была исключительно теплая и дружеская. Из буфета все направились в ресторан, чтобы поужинать. Часть из присутствующих села в автомашину, а остальные поехали на мотоцикле, который вел Г. В ресторане заказали по порции шницеля и виноградное вино в графине. Здесь также между Г. и остальными были исключительно дружеские разговоры и никаких ссор не было. Г. заказывал музыкантам сыграть «одну песенку», обнимался с присутствующими и с одним из них обменялся подарком и адресом. Затем спустя минут 30 все, в том числе и Г., подошли к автомашине; двое из их компании пошли помочь завести мотоцикл товарищам, с которыми выпивали.

Г. в это время сидел в автомашине на заднем сиденье молча. На переднее сиденье сел один гражданин, а между ним и шофером поместился другой человек (знакомый), т. е. двое, повернувшись лицом к Г., разговаривали и один из них, протянув правую руку, обнимался с Г. Ссор между ними не было «все было спокойно и хорошо». Как показывает шофер этой машины, Г. в этот момент сказал: «Дай руку и не шевелись», после чего произвел выстрел из пистолета, которым тяжело ранил в грудь одного из сидевших в машине. После выстрела Г. произнес: «Будь на чеку». Шофер и другой гражданин из машины выбежали, чтобы сообщить о случившемся, а когда шофер вернулся, то Г. сидел за рулем и пытался завести машину. Когда Г. был задержан, то на вопросы не отвечал. В милиции он сразу уснул и спал до 10 часов утра следующего дня, т. е. в течение 8 часов. Заявление Г. о том, что к нему кто-то подходил в ресторане, свидетелями по делу не подтверждается.

Испытуемый среднего роста, правильного телосложения, удовлетворительного питания. Сердечные тоны чисты, но учащены. Кровяное давление 120/80. На электрокардиограмме обнаружены некоторые признаки нарушения коронарного кровообращения. В больнице ежедневно наблюдалась субфебрильная температура, которую по заключению терапевта можно объяснить вегетативными расстройствами. Со стороны нервной системы органического поражения не обнаружено. Сознание ясное. Ориентирован правильно. На вопросы отвечает по существу, подробно и последовательно. Интеллектуальных нарушений не отмечено. Эмоционально живой. Подтянут, упорядочен. Настроение подавлено. Тяжело переживает совершенное им преступление, заверяет, что ничего не помнит из содеянного («я даже не слышал выстрела и отдачи пистолета, мне все казалось, что это ошибка, что виновен кто-то другой и его должны найти»). Экспертной комиссией было дано заключение, что Г. совершил преступление в состоянии патологического опьянения и за содеянное Г. следует считать невменяемым.

В данном случае развитию патологического опьянения предшествовали ослабляющие моменты: две бессонные ночи, физическая усталость, длительное эмоциональное напряжение с ощущением болей в области сердца, недоедание, повышенная температура. Сознание Г. было расстроено, окружающее воспринимал искаженно, имели место галлюцинаторные переживания, страх, тревога. Наблюдалась сохранность моторики, точность движений (исходя из показаний свидетелей). Высказывания Г. были немногословны, отрывочны. Связь с реальной действительностью была утрачена. В дальнейшем скудность речи. Внезапно начавшееся психотическое состояние закончилось сном с отсутствием воспоминаний о происшедшем.

Следует сказать, что при диагностировании патологического опьянения мы сталкивались с рядом трудностей, особенно в случаях глубокой степени опьянения, когда, согласно свидетельским показаниям, отмечалась сохранность моторики и некоторые другие симптомы, ветре чающиеся как при патологическом, так и при простом опьянении. Од- на ко твердая походка, а также малое количество принятого алкоголя не могут являться основными критериями патологического опьянения. Основными признаками патологического опьянения является психотическое состояние, протекающее на фоне расстроенного сознания (Н. Н. Введенский, А. Н. Бунеев). Глубокая степень простого опьянения не может быть приравнена к патологическому опьянению.

Необходим комплексный учет всех клинических данных и предшествующего состояния перед совершением преступления. По отдельным признакам решать вопрос о характере опьянения нельзя.

Следственные органы в случаях опьянения должны проводить особенно тщательный допрос свидетелей. В этих целях следственным работникам следовало бы составить специальный ориентировочный опросник для определения характера опьянения, так как в каждом отдельном случае может возникнуть необходимость в направлении таких лиц на судебнопсихиатрическую экспертизу.

похожие статьи

Изменения структур внутренних органов и головного мозга при терминальных состояниях, обусловленных интоксикацией алкоголем и его суррогатами, судебно-медицинское и клиническое значение / Павлов А.Л. — 2014.

Изучение комбинированного применения алкоголя, наркотических и сильнодействующих веществ с целью потенцирования клинических эффектов / Павлова А.З., Ларев З.В., Калёкин Р.А., Орлова А.М. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 235-237.

Морфологическая характеристика хронической диффузной алкогольной энцефалопатии / Богомолов Д.В., Денисова О.П., Збруева Ю.В., Джуваляков П.Г. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 50-53.

Критерии диагностики хронической алкогольной интоксикации при судебно-медицинском исследовании лиц, погибших внезапно / Конев В.П., Голошубина В.В., Московский С.Н., Богза М.В., Сорокина В.В., Абубакирова Д.Е. // Вестник судебной медицины. — Новосибирск, 2017. — №3. — С. 47-50.

Экспериментальная и секционно-морфологическая характеристика хронического воздействия алкоголя на яички / Уланов В.С. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 2017. — №4. — С. 12-13.

Вопросы практического применения приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 12 января 2017 г. № 3н “Об утверждении порядка проведения судебно-психиатрической экспертизы” и предложения по его совершенствованию / Юрасов В.В., Смахтин Р.Е., Шлапак А.Е. // Вестник судебной медицины. — Новосибирск, 2018. — №4. — С. 43-45.

К разграничению сверхценных идеи ревности психопатов от близких по содержанию бредовых идей больных шизофренией / Шостакович Б.В. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №3. — С. 39-43.

Общественно опасные действия психически больных, обусловленные болезненными переживаниями синдрома Кандинского-Клерамбо / Фрейеров О.Е. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №3. — С. 34-39.

Судебная психиатрия. Под редакцией Г.В. Морозова; изд-во «Медицина». М., 1965. / Лещинский А.Л. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №3. — С. 57-59.

Клинические отграничения и судебно-психиатрическая оценка реактивных психозов с экспансивно-стеническим бредообразаванием / Свириновский Я.Е. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №2. — С. 46-49.