Динамическое исследование содержания алкоголя в крови и биоэлектрической активности мозга у хронических алкоголиков после приема малых доз алкоголя

/ Рожнов В.Е. Турова З.Г. Гальперина Р.Е.  // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1961 — №3. — С. 48-51.

Рожнов В.Е., Турова З.Г., Гальперина Р.Е. Динамическое исследование содержания алкоголя в крови и биоэлектрической активности мозга у хронических алкоголиков после приема малых доз алкоголя

Центральный научно-исследовательский институт судебной психиатрии имени проф. Сербского (дир. — доц. Г. В. Морозов)

Поступила в редакцию 25/V 1959 г.

ссылка на эту страницу

По мнению большинства авторов, наибольшее всасывание алкоголя происходит от 20 до 30 минут после его приема. Следовательно, именно к этому времени концентрация его в крови достигает наибольших цифр. Однако Н. Греан на основании собственных наблюдений пришел к выводу, что с повышением дозы алкоголя наибольшая концентрация его в крови наблюдается на 60—90-й минуте после приема. Подобный тип кривой, характеризующийся непрерывным нарастанием количества алкоголя в крови в течение 60 или 90 минут, носит название плато Греана. Отдельные авторы считают, что быстрота всасывания прямо пропорциональна количеству принятого алкоголя (А.М. Рапопорт, А. Понсольд, Б. Мюллер и др.). Вместе с тем работа Р. Влассак свидетельствует о том, что скорость всасывания не зависит от количества принятого алкоголя. Многие исследователи сходятся на том, что привыкание к алкоголю способствует ускорению процессов сгорания последнего. Заслуживает внимания сравнительно мало изученный, атипичный ступенеобразный характер кривой падения содержания алкоголя в крови. К. Штульфаут объясняет это раздражающим влиянием алкоголя на блуждающий нерв. О. Грюнер считает, что подобное явление связано с раздражением слизистой оболочки желудка и тонкого кишечника, в результате чего как защитная реакция возникает спазм — закрытие пилоруса, а это ведет к замедлению всасывания.

Большинство исследований, касавшихся изменений биоэлектрической активности головного мозга под влиянием алкоголя, проводилось у лиц, имевших в анамнезе травмы головного мозга, органические заболевания центральной нервной системы и т. д. Специфические изменения, электроэнцефалограммы, отмеченные в этих случаях рядом исследователей, не дают представления о характере непосредственного воздействия алкоголя на центральную нервную систему (Саркисов, Голиков, Берестов, Гращенков, Джаспер, Доу, Роджерс, Глазер и др.).

Вместе с тем представляется важным выяснить специфические изменения на электроэнцефалограмме, связанные с непосредственным воздействием алкоголя на организм и, в частности, на центральную нервную систему.

В ряде работ было отмечено, что введение небольших доз алкоголя, здоровым людям вызывает вначале повышение биоэлектрической активности, что свидетельствует о процессе возбуждения в коре головного- мозга. Однако при дальнейшем повышении дозы до 125 г спирта наступает снижение электрической активности, понижение реактивности на внешние раздражители, а в некоторых случаях появляются патологические колебания в виде медленных волн.

Энгель и Розенбаум исследовали изменения электроэнцефалограммы под влиянием алкоголя на 7 здоровых лицах и 4 хронических алкоголиках. Запись велась в течение 25 часов после приема алкоголя. При этом изменения электроэнцефалограммы у больных носили более выраженный и длительный характер. Отмечалось увеличение амплитуды, волн, появление медленных волн, которые постепенно усиливались и учащались. М. Н. Ливанов, Е. М. Жудро, И. В. Стрельчук и А. М. Мелехова изучали электроэнцефалограмму у больных, страдающих хроническим алкоголизмом. Вне приема алкоголя было отмечено отсутствие асимметрии, наиболее интенсивный альфа-ритм в зрительных анализаторах, а наиболее слабый — в слуховых; отдельные нестойкие парадоксальные реакции на свет у некоторых больных свидетельствовали, по мнению авторов, о функциональных расстройствах.

При даче алкоголя таким больным и появлении клинической картины опьянения наблюдалось дальнейшее снижение биоэлектрической активности и понижение реактивности коры головного мозга.

Исследования, проведенные Гринблатом, Левиным и ди Кори у 157 больных, страдающих хроническим алкоголизмом без психотических , симптомов, показали, что лишь у 5% больных отмечались патологические изменения электроэнцефалографических кривых.

С.А. Чугунов, проводя электроэнцефалограмму у таких же больных, наблюдаемых вне приема алкоголя, не отметил каких-либо отклонений от нормы.

Таким образом, приведенные данные позволяют считать, что под. влиянием малых доз алкоголя вначале наступает некоторое повышение биоэлектрической активности коры головного мозга. Однако впоследствии, при увеличении степени опьянения, биоэлектрическая активность понижается, уменьшается реактивность, исчезает альфа-ритм, появляются патологические волны. При дальнейшем увеличении дозы эти, явления нарастают и у хронических алкоголиков выступают резче и более стойко, чем у здоровых.

Задачей нашей работы явилось динамическое исследование содержания алкоголя в крови и биоэлектрической активности мозга у хронических алкоголиков после приема малых доз алкоголя.

Всего было исследовано 22 человека, страдающих хроническим алкоголизмом, возникшим после длительного злоупотребления спиртными: напитками и суррогатами с наличием синдрома похмелья.

У многих из них в прошлом или настоящем отмечались психотические явления алкогольной этиологии — белая горячка, алкогольный параноид или галлюциноз. Наблюдаемые совершали правонарушения в состоянии алкогольного опьянения. Все они были подвергнуты неврологическому обследованию, исследованию глазного дна и спинномозговой жидкости для исключения травматических или органических поражений, перенесенных в прошлом. Мужчин в возрасте до 30 лет было 4 человека, от 30 до 50 лет — 15 человек, старше 50 лет — 3 человека.

Клинически у 11 из них был поставлен диагноз хронического алкоголизма, у 6 — алкогольного параноида, у 2 — алкогольного галлюциноза и у 3 при наличии хронического алкоголизма в момент правонарушения отмечалось патологическое опьянение; из 22 человек 11 были признаны вменяемыми и 11 — невменяемыми.

Приведем характерные истории болезни.

  • Гр-н К,., 23 лет, обвиняется в убийстве. С 15 лет злоупотребляет алкоголем, последние 4 года опохмеляется, употребляет суррогаты. В пьяном состоянии обычно вступает в конфликты и драки. Перед правонарушением выпил поллитра денатурата, ушел со службы в магазин, выпил там еще .пол-литра водки, затем еще столько же. Через час скандалил на улице, стрелял в воздух, а когда прохожий попытался уговорить его, гр-н К. его застрелил. При задержании изменил поведение, сказал, что все помнит, узнавал окружающих. В институте был подавлен, тосклив, злобен. Понимал тяжесть случившегося, сожалел о нем, заявляя, что «водка довела». Каких-либо органических симптомов не выявилось. Признан вменяемым с диагнозом: хронический алкоголизм, правонарушение совершил в состоянии простого алкогольного опьянения.
  • Гр-н Ч., 32 лет, автомеханик, учинил хулиганские действия в состоянии опьянения. С юношеских лет злоупотреблял алкоголем, пил суррогаты, опохмелялся. В день правонарушения явился на работу пьяным, цинично бранился, ссорился с сослуживцами, вскоре наехал на питьевой колодец, не мог вывести машину и оставил ее, слив в колодец бензин. Через 3 дня после ареста стал вести себя ненормально: обнажался, с кем-то разговаривал, не спал и не ел, пытался бежать, покушался на самоубийство. Говорил, что .пища отравлена, что его ведут на расстрел, .слышал голоса, видел «страшные лица» на стенах. Спустя 3 дня это состояние прошло. В институте психотических симптомов не наблюдалось. С улыбкой и плоскими шутками говорил о склонности к алкоголю, сожалел о случившемся, бравировал «загубленной судьбой». Просил врача достать ему спирт. Признан вменяемым с диагнозом: хронический алкоголизм, простое опьянение. После ареста перенес алкогольный делирий.
  • Гр-н Ф., 36 лет, обвиняется в систематических избиениях жены. С 20 лет злоупотребляет алкоголем, опохмеляется. Последние годы, подозревая жену в измене, часто вступает в конфликты и избивает ее. За это дважды отбывал наказание. Два года назад лежал в психиатрической больнице с диагнозом: хронический алкоголизм, абстиненция, алкогольный параноид. В институте правильно ориентирован, доступен, подавлен и тосклив. Обвиняет жену и тестя, будто они хотят его извести или засадить в тюрьму, чтобы жена могла жить с другими. Убежден в правильности своих подозрений. Коррекции не поддается. Поведение правильное. Интеллект не нарушен. Признан невменяемым с диагнозом алкогольного параноида и -направлен в психиатрическую больницу для принудительного лечения.

Алкоголь в крови определялся по Видмарку.

Исследование биоэлектрической активности включало две съемки — до алкогольной нагрузки и после нее еще 5 с получасовыми интервалами.

Всю экспериментальную работу проводили в одно и то же время и при одинаковых условиях.

До приема алкоголя у наблюдаемых выявлялись некоторые, частью известные, по литературным данным, нарушения: снижение биоэлектрической активности мозга, у части больных электроэнцефалографические кривые были бедны колебаниями и приближались по форме к плоским.

Альфа-ритм был плохо выражен или отсутствовал. В ряде случаев появлялись патологические колебания — медленные и иглоподобные волны; иногда наблюдалась нерезкая асимметрия мозговой активности. Отмечалась низкая реактивность биоэлектрических колебаний на раздражение мелькающим светом. У некоторых больных на электроэнцефалограмме имелись элементы электрокардиограммы.

При исследовании содержания алкоголя в крови выявлено 3 варианта кривых. Первый вариант мы условно назвали возбудимым. Он отличается сравнительно высоким содержанием алкоголя в крови, быстрой резорбцией и такой же элиминацией. Уже на 30-й минуте в крови содержится от 0,25 до 0,70‰ алкоголя. Еще через 30 минут алкоголь в крови возрастает в 2—3—5 раз. Затем в течение получаса отмечается резкое падение алкоголя почти до исходного уровня; дальнейший спад идет постепенно. Следовательно, в этом варианте нет равномерного появления и сгорания алкоголя за 2 1/2 часа, как это наблюдается в норме. Второй вариант кривой отличается от первого вялостью процессов сгорания при относительно нормальном протекании резорбции. Это приводит к содержанию одного и того же количества алкоголя в крови на протяжении всего времени исследования и выражается в почти плоской линии. Третий вариант в отличие от двух предыдущих совмещает в себе резкие сдвиги и периодическую замедленность. Он характеризуется также двухфазностью резорбции, что придает кривой характер двурогой, ломаной линии. Содержание алкоголя в крови временами очень велико — от 0,42 до 1,4‰, временами падает до 0, 04—0,2‰.

Следует особо отметить, что из 26 случаев только в 8 содержание алкоголя в крови за 2 1/2 часа возвратилось к исходным цифрам. В 6 же случаях через 2 1/2 часа количество алкоголя в крови только достигло наивысшего уровня.

Исследования биоэлектрической активности мозга позволили нам наметить некоторые параллели с клинической картиной опьянения. Первые 1 1/2 часа после приема 25 мл спирта наступает усиление биоэлектрической активности, увеличивается степень реактивности, в ряде случаев появляется альфа-ритм. Через 1 1/2—2 часа все эти явления идут на убыль и на первый план выступает усиление тормозного процесса, проявляющееся в появлении большого количества медленных волн. Во многих случаях выявляется асимметрия биоэлектрической активности мозга. К 2 1/2 часам биотоки мозга, как правило, возвращаются к исходному уровню. Усиление тормозного процесса находит свое клиническое выражение в повышенной разговорчивости и слабодушии. Иногда при этом отмечается двигательное растормаживание.

Выводы

  1. Хронические алкоголики вне алкогольной нагрузки обнаруживают преобладание тормозного процесса, что проявляется на электроэнцефалограмме наличием медленных волн при низком общем уровне биоэлектрической активности мозга и низкой реактивности на световую стимуляцию.
  2. Во время приема малых доз алкоголя кривые его содержания в крови значительно отличаются от нормальной. Характерной является задержка фазы элиминации, в результате чего к 2 1/2 часам не происходит полного всасывания, алкоголь сохраняется в крови в сравнительно большом количестве.
  3. Биоэлектрическая активность мозга первые 1 1/2 часа после приема алкоголя оживляется — увеличивается степень реактивности, появляется альфа-ритм, амплитуда колебаний повышается. Однако в последующий час выступает значительное усиление процессов торможения — появляются патологические медленные колебания и асимметрия биотоков мозга. Подобные патологические изменения более резко выражены по сравнению с определенными нарушениями, наблюдаемыми до приема алкоголя.
  4. Выявить какую-либо корреляцию между содержанием алкоголя в крови и нарушениями биоэлектрической активности мозга на основании проведенных обследований не представилось возможным. Однако полученные данные свидетельствуют о целесообразности продолжения работы в этом направлении.

похожие статьи

Изменения структур внутренних органов и головного мозга при терминальных состояниях, обусловленных интоксикацией алкоголем и его суррогатами, судебно-медицинское и клиническое значение / Павлов А.Л. — 2014.

Изучение комбинированного применения алкоголя, наркотических и сильнодействующих веществ с целью потенцирования клинических эффектов / Павлова А.З., Ларев З.В., Калёкин Р.А., Орлова А.М. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 235-237.

Оценка максимально возможной концентрации этанола в смешанной сердечной крови и моче в аспекте выявления экзогенного внесения этанола / Недугов Г.В., Шарафуллин Г.В. // Вестник судебной медицины. — Новосибирск, 2018. — №3. — С. 39-43.

Судебно-медицинская оценка токсического действия этанола у детей / Клевно В.А., Максимов А.В., Кононов Р.В., Крупина Н.А. // Судебная медицина. — 2017. — №3. — С. 4-12.

Психотические эпизоды у психопатических личностей из наследственно отягощенных шизофренией семей в судебно-психиатрической экспертизе / Наталевич Э.С. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №4. — С. 33-37.

Теория и практика оценки степени тяжести вреда здоровью в виде психического расстройства / Клевно В.А., Ткаченко А.А., Чибисова И.А., Кононов // Судебная медицина. — 2015. — №3. — С. 11-16.