К вопросу о возможностях судебно-медицинской экспертизы, в том числе экспертизы вещественных доказательств, в делах, связанных с младенческой смертностью

/ Ананьева Л.Е. Кулясова Н.А. Титаренко Е.Н.  // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2013 — №13. — С. 13-18.

ссылка на эту страницу

С помощью экспертизы вещественных доказательств в настоящее время можно разрешить следующие вопросы:

  • 1) установить факт беременности у женщины;
  • 2) установить факт бывших родов, аборта и их давности.

В случае, когда имеется в наличии предполагаемая мать, то беременность можно установить, исследовав ее кровь или мочу. В период беременности в крови женщины циркулирует большое количество гонадотропных гормонов, что обусловливается деятельностью передней доли гипофиза и плаценты. Гормоны выделяются с мочой и также могут быть в ней обнаружены. С целью выявления в крови или моче гонадотропных гормонов может использоваться один из сертифицированных стандартных тестов, которые широко представлены в аптечной сети.

Также в крови беременных женщин имеется фермент – окситоциназа. После родов он постепенно исчезает в течение первого месяца. Данный фермент также хорошо сохраняется в следах крови. Его можно обнаружить даже спустя 2–3 месяца после образования пятна крови. Выявление наличия данного фермента в следах крови также свидетельствует о происхождении крови от беременной или недавно родившей женщины.

Установить факт бывших родов, аборта и их давности возможно по цитологическому исследованию секрета молочных желез предполагаемой матери.

Из молочной железы выдавливают секрет, из которого делают тонкие мазки на обезжиренных смесью Никифорова предметных стеклах. Мазки рассматривают под микроскопом при малом и большом увеличении в неокрашенном виде и после окраски различными красителями (чаще всего применяются смесь Май-Грюнвальда, азур-эозин по методу Романовского, препараты йода). Предварительно мазки фиксируют этиловым спиртом, если он не входит в состав краски.

Микроскопическая картина секрета молочных желез изменяется в зависимости от того состояния, в котором железа находится: покой, физиологическая деятельность, патологические процессы.

В состоянии покоя (период вне беременности, родов, абортов и лактации) в секрете молочных желез обнаруживают очень незначительное количество клеток эпителия, зернистые образования, клетки в состоянии дегенерации, единичные кристаллы, иногда – жировые шарики различной величины. Но чаще всего в период покоя секрет у молочных желез отсутствует.

При беременности в секрете преобладают лактобласты, увеличивается количество прелактоцитов и лактоцитов. Во второй половине беременности появляются молозивные тельца, количество которых к концу беременности значительно увеличивается, увеличивается также количество жировых шариков.

В послеродовом периоде морфологический состав секрета зависит от того, кормит женщина или нет. У кормящих родильниц в секрете преобладают молозивные тельца, но в первые дни после родов содержатся и многочисленные эпителиальные клетки. Кристаллы в период лактации располагаются не только вне клеток, но и внутри них. У некормящих родильниц наблюдается примерно равное количество молозивных телец, эпителиальных клеток и дегенерированных клеточных элементов. Число последних постепенно увеличивается.

В более поздние сроки лактации секрет молочных желез для судебно-медицинской экспертизы не имеет значения.

После аборта для секрета молочных желез патогномоничными являются миоэпителиальные клетки, соединенные с мышечными волокнами, и дегенерированные клетки, которые появляются в первые дни после аборта.

Чтобы установить факт бывших родов и абортов, исследование секрета молочных желез следует неоднократно повторять с промежутками в 2–3 дня и полученные результаты оценивать в связи с клиническими данными.

Некоторые зарубежные авторы, основываясь на том, что клеточные элементы влагалища циклически изменяются в зависимости от гормональных воздействий, предложили исследовать морфологический состав мазков из содержимого влагалища. Авторы пишут, что по морфологии секрета влагалища можно диагностировать бывшие роды спустя несколько недель, а также распознать спонтанный и искусственный аборт в течение 8 дней после изгнания плода.

Исследование вещественных доказательств в делах, связанных с младенческой смертностью, проводят в тех случаях, когда имеется труп младенца, а мать неизвестна. Тогда подход к исследованию совершенно другой.

Поскольку ребенка находят в пеленке, простыне, тряпке или даже в полиэтиленовом пакете, а рядом могут быть выброшены тряпки и простыни, которыми во время родов пользовалась женщина, то на всех имеющихся в наличии вещественных доказательствах необходимо искать кровь, околоплодные воды, сыровидную смазку, лохии, меконий, возможно даже следы секрета молочных желез.

Исследование крови включает в себя установление ее наличия, видовой, половой и групповой принадлежности, а также принадлежности ее младенцу или взрослому человеку. Все остальные вышеперечисленные биологические следы выявляют цитологическими методами исследования.

Что дает нам исследование вещественных доказательств при наличии указанных следов?

Во-первых, мы можем установить групповую принадлежность крови матери ребенка, что будет важно при проведении дальнейших розыскных мероприятий.

Во-вторых, обнаружение околоплодных вод, сыровидной смазки и лохий свидетельствует о свершившихся родах. Если эти объекты обнаружены на вещественном доказательстве, изъятом у предполагаемой матери, то это будет являться одной из основных улик.

И, в-третьих, состав мекония может дать некоторые основания для заключения о возрасте плода и питании младенца. Так, присутствие в меконии пушковых волос и эпидермиса бывает при заглатывании околоплодных вод и свидетельствует о том, что возраст плода не менее 8 месяцев внутриутробной жизни. Содержание в меконии желчных пигментов и кристаллов холестерина наряду с отсутствием пушковых волос и клеток эпидермиса указывает на то, что возраст плода соответствует периоду от 5 до 8 месяцев внутриутробной жизни. Обнаружение в свежем меконии значительного количества жировых капель говорит с большой долей вероятности того, что младенца уже кормили молоком.

Данного рода экспертизы в лабораторию КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» МЗ Хабаровского края назначаются с периодичностью 1–2 экспертизы в год.

Так, в апреле 2011 года в телеге для мусора в п. Сукпай района имени Лазо Хабаровского края в черном полимерном пакете был обнаружен труп новорожденного неустановленного ребенка.

Среди представленных на исследование вещественных доказательств был фрагмент ткани и волос, изъятый с кожного покрова трупа младенца. Перед нами были поставлены вопросы: 1. Имеются ли на вещественных доказательствах кровь человека, околоплодные воды, меконий? Если да, то принадлежит ли кровь взрослому или младенцу? Какова групповая принадлежность крови? Могла ли кровь произойти от трупа новорожденного ребенка или другого человека (матери)? 2. Является ли обнаруженный волос волосом человека, если да, то какова его групповая и региональная принадлежность?

Вещественные доказательства были значительно загрязнены, однако на их поверхности также были и отчетливо видны следы как бурого цвета различной насыщенности, так и желтоватого, серо-белого и коричневого цвета. Кроме того, на фрагменте ткани имелись высохшие удлиненные наложения-пленки белесовато-желтоватого цвета с буроватым оттенком.

После установления в части следов наличия крови человека необходимо было выяснить, принадлежит ли обнаруженная кровь плоду или взрослому человеку. Данное исследование основано на выявлении гемоглобина F и А.

Фетальный гемоглобин (гемоглобин F) представляет собой основную массу гемоглобина с 9–13-недельного возраста эмбриона. После третьего месяца он является основным гемоглобином плода. Затем содержание его постепенно уменьшается за счет образования с 13-й недели гемоглобина А. К моменту рождения гемоглобина F остается около 20 %, а 80 % приходится на гемоглобин А. К 4–5 месяцу жизни гемоглобина F остается всего 1–2 %.

У взрослого человека в крови присутствует гемоглобин А.

Техника выявления фетального гемоглобина достаточно проста, мы применяем качественную модификацию метода Белихиной, основанную на том, что гемоглобин плода более устойчив к действию цитратно-фосфатного буфера. Суть учета реакции сводится к тому, что кровь плода или ребенка до 5 недель остается на предметных стеклах после их ополаскивания, а кровь взрослого человека полностью смывается. При наблюдении сомнительной реакции речь идет о смешении в данных следах крови плода и взрослого человека.

При цитологическом исследовании на фрагменте ткани были обнаружены пятна, которые могли быть образованы околоплодными водами и сыровидной смазкой. Кроме того, здесь же имеются следы мекония. В одном пятне на фрагменте ткани установлена кровь мужского генетического пола группы Аb, принадлежащая младенцу.

Высохшие наложения-пленки на фрагменте ткани оказались многослойным плоским неороговевающим эпителием, характерным для слизистой влагалища половозрелой женщины, группы Аb.

Волос, изъятый с кожного покрова трупа младенца, длиной 10,4 см, оказался волосом с головы женщины, имеющей группу крови Аb.

Таким образом, нами было установлено, что мать погибшего младенца имеет группу крови Аb.

В марте 2012 года в г. Советская Гавань проводилась проверка информации о том, что некая С. родила в домашних условиях ребенка и сожгла новорожденного в печи.

Для исследования в лабораторию было доставлено два пакета с золой из кухонной печки и печки комнаты, а также детский матрас, детское одеяло и полотенце. Вопросы, представленные на разрешение эксперта, звучали следующим образом:

  1. Имеются ли на представленных на исследование предметах следы околоплодных вод, мекония, сыровидной смазки, лохий?
  2. Имеются ли в предоставленной на исследование золе объекты биологического происхождения?

Доставленные образцы золы были тщательно просеяны через мелкое сито с целью обнаружения костных объектов. Таковых в золе из печки в комнате было выявлено 17, а в золе из печки на кухне – 3. С участием СМЭ медикокриминалистического отделения КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» фрагменты костей были разделены на группы, обладающие схожими признаками.

Обнаруженные костные объекты представлены как целыми костями, так и фрагментами и осколками губчатых и трубчатых костей, обугленных (озоленных) преимущественно до степени серого и белого каления, избыточно легких и хрупких, легко разрушающихся при незначительном механическом воздействии. Все найденные части костей были изучены визуально, стереоскопически, метрически, с применением сравнительно-анатомического метода исследования путем сопоставления отмеченных выше объектов с костным архивом заведомо известного происхождения. Исходя из установленных анатомоморфологических признаков, упомянутые костные объекты разделены на следующие группы:

 

Группа № 1

Группа № 2

Группа № 3

Группа № 4

Группа № 5

17 фрагментов костей из золы печки в комнате

3 кости из золы
печки на кухне

 

К группе № 1 отнесены девять губчатых костей и их фрагментов, имеющих узкую дугообразную и разнообразную форму на протяжении – от цилиндрической до уплощенной. Длина их от 0,8 до 6,0 см, ширина достигает 0,4 см. На некоторых из объектов сохранился узкий заостренный конец, на других один конец (либо это на целых костях – конец противоположный) уплощен, с относительно выраженным анатомическим рельефом (бугорки, ямки), что расценено как наличие эпифиза. По одной из уплощенных сторон костей и их частей просматривается неглубокая борозда. Костные объекты полностью сформированы, все элементы той или иной кости плотно сращены в единое целое. В ходе настоящего исследования, вследствие причин, указанных выше, некоторые костные объекты разделились на более мелкие части.

К группе № 2 относятся две уплощенные губчатые кости неправильной треугольной формы (близкой к саблевидной) длиной 1,9 и 2,0 см соответственно и шириной до 0,6 см. Кости шероховатые за счет достаточно выраженного рельефа поверхности, имеют один заостренный конец, другой конец, напротив, затуплен и имеет относительно извилистый контур.

Группа № 3 состоит из четырех фрагментов, представленных вероятнее всего эпии апофизарными частями губчатых костей (в частности, их отростками). Данные объекты полностью сформированы, на что указывает хорошо выраженный рельеф костного вещества. На некоторых из них определяются достаточно хорошо различимые суставные поверхности. Длина фрагментов от 1,0 до 2,0 см, максимальная ширина – 1,0 см.

К 4-й группе относится концевая часть трубчатой кости конечности (предположительно плечевой кости), длиной 1,7 см, и максимальной шириной 1,4 см. Фрагмент имеет общее трехгранное очертание, при этом на нем отсутствует эпифиз (не сращен), что подтверждается хорошо заметной исчерченностью на свободном крае кости, на уровне сохранившейся метаэпифизарной зоны. В этой же области имеется хорошо различимая ямка глубиной 0,3 см с достаточно четкими контурами.

5-я группа (фрагмент кости из золы печки в комнате и три фрагмента кости из золы печки на кухне) представлены осколками губчатых и трубчатых костей размерами 1,0×0,8 см, 0,5×0,4 см, 0,8×0,3 см и 0,4×0,5 см, не несущих на себе признаков ни определенной видовой, ни анатомической принадлежности.

Резюме:

  1. По анатомически-морфологическим признакам (строению) костные объекты групп № 1, 2, 3, а также по инволютивным (возрастным) изменен иям костного вещества (объект из группы № 4) не характерны для костей скелета человека, в том числе и применительно к поставленной идентификационной задаче (т.е. применительно к костным останкам трупа новорожденного ребенка).
  2. Судить о видовой и анатомической принадлежности костей, относящихся к группе № 5, по признакам общего строения невозможно ввиду неинформативности последних.

Для установления видовой принадлежности костей группы № 5 применен метод вертикального иммуноэлектрофореза (ВИЭФ). Установить вид костей не удалось.

На детском матрасе, одеяле и полотенце следы крови, околоплодных вод, мекония, сыровидной смазки и лохий не обнаружены.

Также выполнена экспертиза состояния подозреваемой С. на предмет беременности и бывших родов в период с февраля по март 2012 года в рамках освидетельствования с участием специалиста акушера-гинеколога. По заключению данной экспертизы в указанный период гражданка С. родить не могла.

Таким образом, для получения общей достоверной картины случившейся младенческой смерти необходим целый комплекс исследований с привлечением специалистов различных областей судебно-медицинской экспертизы.

похожие статьи

Спонтанные врожденные вдавленные деформации черепа / Недугов Г.В., Недугова В.В. // Вестник судебной медицины. — Новосибирск, 2018. — №2. — С. 36-40.

О младенческой и детской смертности в 2017 году на территории Хабаровского края (по данным краевого отдела СМЭ) / Буробин И.Н. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 53-54.

Сравнительная оценка макро- и микроскопического исследования легких у детей грудного и раннего возраста, умерших скоропостижно / Пермяков А.В., Чуракова С.Е. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №3. — С. 6-7.

Применение электрофореза и эмиссионной спектрографии для установления живорожденности / Смольянинов В.М., Пашинян Г.А., Маршани З.М. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №3. — С. 3-5.

Случай нераспознанной шеечной беременности / Зеленгуров В.М., Розин Л.П. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №2. — С. 53-54.