Судебно-медицинская оценка степени тяжести вреда здоровью, причиненного при насильственном нанесении татуировок

/ Галюкова М.И. Туманов Э.В. Кривицкий Д.В.  — 2010.

Галюкова М.И., Туманов Э.В., Кривицкий Д.В. Судебно-медицинская оценка степени тяжести вреда здоровью, причиненного при насильственном нанесении татуировок

Галюкова М.И., Туманов Э.В., Кривицкий Д.В. Судебно-медицинская оценка степени тяжести вреда здоровью, причиненного при насильственном нанесении татуировок // Медицинское право – 2010. — № 3(31) – С.44-48.

Определяя влияние насильственных факторов на здоровье человека, следует рассматривать различные аспекты возможных последствий в виде вреда здоровью. Разработка способов решения локальных проблем, возникающих у судебно-медицинского эксперта, позволит скорректировать имеющиеся вопросы применительно к функциональной деятельности судебно-медицинского эксперта. Авторы статьи представили полноценную, логически завершенную идею определения степени тяжести вреда здоровью при насильственном нанесении татуировки.

ссылка на эту страницу

Правообразующим фактором в формировании и развитии всего массива подзаконных актов в сфере судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью выступают Постановление Правительства РФ № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»1 и Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденные приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н. 2

Проведенная Правительством РФ и Министерством здравоохранения и социального развития РФ работа по адаптации правил определения степени тяжести вреда здоровью к действующему уголовному законодательству это только первый шаг в нормализации деятельности бюро судебно-медицинской экспертизы (БСМЭ).

Обеспечение законности, полноты и эффективности правовых актов, касающихся функциональной деятельности БСМЭ в рамках уголовного судопроизводства, вот основная функция Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации на сегодняшний день.

В практическом плане разработка способов решения локальных проблем, возникающих у судебно-медицинского эксперта на его рабочем месте позволит скорректировать имеющиеся противоречия в правовом регулировании. В связи с этим мы обозначили тему нашего исследования, как судебно-медицинская оценка степени тяжести вреда здоровью причиненного при насильственном нанесении татуировки, поскольку анализ доступной нам судебно-медицинской и юридической литературы не выявил недостаточностью научного подхода в выработке основополагающих начал обозначенной проблемы.

По мнению археологов, египтяне уже во времена 3000 лет до нашей эры умели наносить рисунки на кожу. На коже мумий, найденных в пирамидах Гизы были найдены различимые узоры. Древние египетские жрецы почитали татуировки и, благодаря торговым связям, научили разрисовывать свои тела жителей Персии, Греции и Крита.

Как раз из Египта искусство татуирования вместе с мастерами и попало в юго-восточную Азию и достигло Дальнего Востока. Наибольший рассвет татуировки получили в Японии, где до недавнего времени татуированные тела выделяли людей из толпы и поднимали их привилегии чуть ли не до самураев.

Трехмерные изображения впервые предложили делать жители Хонсю, Хоккайдо и Сикоку. Вместо простых орнаментов они начали использовать мифических животных в разных цветах. Также впервые японцы предложили невидимые тату, которые проявляются при покраснении кожи или попадании на неё воды.

Такие тату-невидимки раньше выполнялись при помощи рисовой муки, которая втиралась в разрезы кожы. Весьма интересный способ. Огромный вклад в распространение татуирования внесли полинезийцы. Они умудрились донести это искусство до Австралии и Новой Зеландии, откуда уже Джеймс Кук привез его обратно в Европу. Кук также является автором слова «тату», которое происходит от «tattaw», обозначавшее уколы и удары.

По поводу проникновения тату в Америку идут споры. Ученые считают, что вряд ли полинезийцы смогли преодолеть 2000 км по Тихому океану. Скорее всего, проникновение произошло через Северную Америку, куда татуировка попала через Берингов пролив вместе с чукчами. Ну а дальше индейцы перенесли это искусство в центр и юг Америки.

Несмотря на запреты церкви, татуировка становилась все популярнее в Европе. Но тогда она использовалась лишь в определенных слоях населения. В начале 20 века произошел упадок татуажа, и возродилась татуировка сравнительно недавно и следовательно, возродился и интерес к ее изучению.

В настоящее время татуировки классифицируются по различным основаниям: форме выражения и смысловому значению, содержанию (тематической направленности), т.е.

  • функциональной значимости;
  • месту расположения на поверхности тела; ·способам нанесения;
  • способам удаления;
  • степени устойчивости;
  • размерам;
  • количеству на поверхности тела;
  • степени воздействия на субъекты восприятия.

В рамках нашего исследования мы остановимся только на одной единственной классификации татуировок, это по способу нанесения. Мы полагаем, что в настоящее время существует два способа нанесения татуировки:насильственныйине насильственный.

Истории известны примеры, когда с помощью татуажа клеймили провинившихся граждан. В японском местечке Чукудзен, периода Эдо (1603-1867 гг.) за первое преступление наносили горизонтальную линию через лоб, за второе – дугообразную, а за третье – еще одну. Три черты составляли иероглиф ИНУ – «собака».

Древние китайцы, римляне, греки, испанские конквистадоры, используя этот вид татуировки, метили рабов, пленных татуировкой, облегчая их поиск при побеге. Во время Первой Мировой Войны, в Британии татуировкой «D» метили дезертиров, в Германии – выбивали номера жертвам концлагерей.

Изначально следует отметить, что нанесение татуировки является правом человека, никто не может принудить лицо к ношению татуировки. Принудительное нанесение татуировки прямо запрещено ст. 100 Женевской Конвенции о защите гражданского населения во время войны от 12 августа 1949 г. (ратифицирована СССР в 1954 г.). В целом подобный запрет является реализацией права человека на личную неприкосновенность, закрепленной и ст. 22 Конституции РФ.

В действующем законодательстве РФ, существует только одно упоминание о насильственном нанесении татуировки, причем только животным. В соответствии с Федеральным законом N 123-ФЗ «О племенном животноводстве»3 от 3 августа 1995 г., одним из условий использования племенного животного является его мечение, что подразумевает «обозначение племенного животного посредством нанесения номера – татуировки, тавра, закрепления бирки, которые позволяют точно идентифицировать соответствующее племенное животное» 4.

Наиболее известной позицией является то, что насильственно татуировки наносятся осужденным в местах лишения свободы. Действительно, уголовное общество в местах лишения свободы живет в соответствии с жесткими законами иерархии и делится на определенное количество каст. Одним из способов сделать различия между кастами более явными является нанесение татуировок.

Татуировка означает принадлежность ее владельца к рангу тюремной элиты или «шестерок», «петухов» и т.д. Однако в уголовной среде татуировки имеют строго определенное значение, определяющее место носителя татуировки в иерархической лестнице уголовного мира. Например, лагерным изгоям, так называемым «обиженным» или «опущенным», после акта сексуального насилия над ними татуировки наносят насильно, в любом случае, против воли отверженного 5.

Такие наколки на жаргоне называются «нахалками». Цель нанесения «нахалок» — дискредитировать человека. Увидев унизительные татуировки, работники закрытых воспитательных и исправительных учреждений должны принимать срочные меры по их выведению и выявлению насильников, привлекать последних к ответственности, вплоть до уголовной.

Часто подростки и молодежь соглашаются татуироваться в результате психологической обработки. Отказ от нанесения татуировок, и прежде всего статусных знаков различия, расценивается в криминальных группах как нарушение принципа групповой солидарности со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Между тем в средствах массовой информации порой освещаются весьма громкие уголовные дела, свидетельствующие о том, что насильственное нанесение татуировки встречается и в условиях обычной жизни.

Например, в результате нападения на кандидата в депутаты А. Жирнова четверо неизвестных лиц нанесли ему татуировки оскорбительного содержания на лоб и щеки и выбросили замотанного скотчем из машины 6.

С сожалением, приходиться констатировать, что насильственное нанесение татуировки человеку, в настоящее время специально не регламентировано уголовным законом.

Предполагается, что в случае принудительного нанесения татуировки действия исполнителя, в зависимости от условий совершения и наступивших последствий, могут быть квалифицированы по различным статьям УК РФ, например, таким как ст. 111 («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью»), ст. 117 («Истязание»), ст. 179 («Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения») и др.

К сожалению, в теории и практике уголовного права отсутствует действенный механизм квалификации насильственного нанесения татуировки. Мы полагаем, что при квалификации содеянного, правоохранительные органы и суд должны опираться на заключение судебно-медицинского эксперта.

При анализе действующего уголовного законодательства России, а так же Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства № 522 от 17 августа 2007 г. и Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденные Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н мы не нашли критериев, позволяющих бы судебно-медицинскому эксперту, определить степень тяжесть вреда, причиненного здоровью человека в результате насильственного нанесения татуировки. Мы попытаемся восполнить существующий пробел.

Татуирование – нанесение на тело рисунков путем механического введения под кожу красящих веществ. В большинстве случаев производится путем многочисленного глубокого прокалывания кожи иглами, смоченными красителями. Может исполняться вручную либо с употреблением специальных механических приспособлений. Выполняемые при татуировании проколы кожи морфологически представляют собой располагающиеся по ходу наносимого рисунка множественные точечные раны, достигающие гиподермы и редко проникающие глубже.

Диаметр вколов зависит от инструментов, применяемых при татуировании и может колебаться от 2-3 до нескольких десятых миллиметра. Несмотря на то, что колотые раны носят точечный характер, однако располагаются настолько близко друг к другу, что по сути представляют собой единое повреждение кожи и подкожной клетчатки, по форме и площади повторяющее рисунок татуировки. Происходящее при этом повреждение подкожной сосудистой сети приводит к умеренно выраженному наружному кровотечению.

Рекомендуемых официально либо получивших клиническое одобрение красителей для нанесения татуировок в настоящее время нет ни в одной стране мира 7. Используемые в татуировках краски часто содержат в большом количестве индустриальные пигменты органического и неорганического происхождения, которые изначально предназначены для производства автомобильной краски, а также применяются окрашивания различных потребительских товаров.

Подобные краски часто характеризуются высоким уровнем микробиологического загрязнения и химических примесей 8. Наиболее распространенные коммерчески доступные красители, применяемые для татуировании, могут содержать как неорганические пигменты, (CdSe, CD, Cr2O3, Al2O3, Fe2O3, Fe3O4, HgS, TiO2и ZnO), так и пигменты органического происхождения (Yellow14, Yellow55, PY74, PY83, Yellow87, Orange13, Red5, Red9, PR22, Red112, Red170 (PR170), Red122, Violet23, PB15, PG7, Green36) 9.

Помимо отмеченных, для татуирования также применяются самостоятельно изготовленные краски, изготавливаемые из пасты для шариковых авторучек, жженной пластмассы, бумаги и т.п. Размеры частиц красителей, могут колебаться от 2 до 400 нм, составляя обычно 40 нм.

Концентрация красящего пигмента при профессиональном нанесении в татуированной коже варьирует от 0.60 до 9.42 мг / см2(среднее значение 2,53 мг / см2) в зависимости от размера кристаллов пигмента и особенностей процедуры татуирования 10.

Течение раневого процесса после татуирования имеет четкую стадийность, в котором, как и при других видах ран можно выделить следующие фазы:

  1. Воспалительная фаза.
  2. Фаза пролиферации.
  3. Фаза реорганизации и ремоделирования рубца.

Это приводит к тому, что внедренные при татуировании в кожу инородные тела (частицы пигменты красителя), индуцируют развитие пролиферативного процесса в виде гранулематозного воспаления по типу воспалительной реакции вокруг инородных тел.

Первичное повреждение тканей, при этом начинается с воспалительной фазы, которая продолжается около 5-7 суток. Это фаза направлена на очищение раны от нежизнеспособных тканей, продуктов их распада и внедренных красителей и подготовку поврежденных тканей к процессу заживления дефекта. Первый период этой фазы отражает систему последовательных сосудистых реакций, характеризующих механизм острого воспаления.

Начиная с 4-5х суток после нанесения татуировки начинается пролиферативная фаза раневого процесса, которая протекает тем быстрее, чем меньше площадь нанесенной татуировки. Фаза заживления продолжается от 2-х до 4-х недель в зависимости от локализации, размеров и способа нанесения татуировки.

Заживление нанесенной татуировки в неосложненных случаях происходит под струпом, что является разновидностью заживления раны первичным натяжением. Раны покрываются струпом, состоящим из свернувшейся или высохшей крови, лимфы, детрита клеток и защищающим рану от вторичной контаминации и неблагоприятных воздействий внешней среды.

Поскольку дефект тканей при этом небольшой, образующийся один слой грануляционной ткани полностью его восполняет. Одновременно с образованием грануляций происходит размножение покровного эпителия и наступает эпителизация. Корочка при этом отпадает самостоятельно к 8-10 суткам.

В случае инфицирования заживление татуировки осуществляется вторичным натяжением, рана выполняется многослойной грануляционной тканью течение 2-3 недель и более. При вторичном заживлении эпителизация отсутствует до тех пор, пока полностью не завершится замещение раневого дефекта грануляциями  11. Участок кожи подвергшийся татуированию, изменяется морфологически и представляет новую, измененную реактивность.

Помимо модифицированной структуры и стойкой, пожизненно измененной окраски, формируется повышенная чувствительность травмированного участка кожи к повторному действию раздражителей, что часто является основой воспаления кожи экзематозного характера.

Клиническое выздоровление не приводит, к полному очищению кожи от введенных красящих пигментов. Остающиеся частицы краски могут приводить к сенсибилизации организма и развитию различных аллергических реакций. Образующиеся при татуировании повреждения кожи имеют точечное входное отверстие, стенки, дно, и короткий раневой канал, который редко выходит за пределы гиподермы, что позволяет идентифицировать их как колотые раны.

Так как морфологические признаки ран, образующихся при татуировании, достаточно специфичны, что позволяют определить видовую принадлежность травмирующего предмета (острый, колющий, с незначительным диаметром).

Повреждения кожи при татуирование развивается в результате сочетанного действия механического, физического, химического и биологического агентов и имеет свои специфические черты, обусловленные совместным действием указанных факторов, сочетая в себе черты раневого процесса и продуктивного воспаление по типу воспаления вокруг инородных тел.

Особенности формирующихся при татуировании повреждений кожи, протекающих на их фоне репаративных реакций и формирующихся стойких морфологических перестроек кожи позволяют рассматривать татуировку как отдельный вид повреждений, повторяющий по форме и по площади наносимый рисунок.

Интенсивность развивающихся при этом реакций, их продолжительность, а также разнообразие проявлений, в значительной мере зависит от техники нанесения татуировки, применяемых инструментов и вводимого красителя, общей площади и локализации татуировки, а также от реактивных способностей организма и вовлеченных в реакцию тканей. Вследствие этого один и тот же причинный фактор может вызывает неодинаковое по основным характеристикам воспаление на различных участках кожи или у разных людей.

В настоящее время отсутствуют медицинские и уголовно-правовые критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека при насильственном нанесении татуировки.

Принимая во внимание, что повреждения кожи, как правило, являются неизгладимыми и в ряде случаев могут придать человеку безобразный, отталкивающий вид, мы полагаем, что целесообразно будет ввести в практическую деятельность Бюро судебно-медицинских экспертиз, правоохранительных органов, прокуратуры и суда ряд новых положений.

В случае если насильственно нанесенная татуировка занимает площадь:

  • — превышающую 10% поверхности тела, то вред здоровью следует расценивать как легкий;
  • — превышающую 15% поверхности тела – средней степени тяжести;
  • — превышающую 20% поверхности тела – тяжкий вред здоровью.

Следует отметить, что введение в практику данных положений должно осуществляться в рамках единого комплексного реформирования уголовного законодательства в сфере охраны здоровья человека.

Российский центр судебной медицины обозначил перспективы развития судебно-медицинской экспертизы вреда здоровью человека и подчеркнул их значимость для уголовного судопроизводства  12. Реализация основных целей и задач, определенных Российским центром судебной медицины не возможна без конкретизации государственных гарантий, направленных на обеспечение судебно-медицинской службы правовой базой и модернизации системы финансового обеспечения.

Однако с сожалением приходиться констатировать, что до настоящего времени каких-либо шагов, направленных на перспективное сотрудничество представителей судебно-медицинской науки и юристов предпринято не было. Следовательно, нам предстоит участвовать в создании новых правовых норм.

В связи с этим, нам бы хотелось еще раз подчеркнуть значимость заявленного исследования в свете приведения государственной судебно-экспертной деятельности в строгое соответствие с законодательством РФ и правовыми реалиями современности.

 

  1. См.: Рос. газета. – 2008. – 24 авг.
  2. См.: Приказ Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» // Рос. газета. – 2008. – 5 сент.
  3. См.: Собрание законодательства Российской Федерации. – 1995. – № 32. – Ст. 3199.
  4. Там же.
  5. См.: Дерягин Г. Б. Татуировки опущенных // URL: http://www.sudmed-nsmu.narod.ru/articles/tatoopet.html (дата обращения: 01.08.2009).
  6. См.: Избирательная кампания оставила на кандидате заметный след // Коммерсантъ (Новосибирск) № 234 (3318) // www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=634722 (дата обращения: 13.12.2005).
  7. См.: Tope W. D. (1995) State and territorial regulation of tattooing in the United States. J. Am. Acad. Dermatol. – 1995. – V. 32. – P. 791–799; Papameletiou D., Zenie A., Schwela D. and Bäumler W. Risks and health effects of tattoos, body piercing and related practices. Report of the European Commission (EC), the Joint Research Centre (JRC), the World Health Organization (WHO). – 2003.
  8. См.: Engel E. et all. Modern tattoos cause high concentrations of hazardous pigments in skin / Contact. Dermatitis. – 2008 – V. 58(4) – P. 228–233; Baeumler W., Eibler E. T., Hohenleutner U., Sens B., Saeur J., Landthaler M. Q-switch laser and tattoo pigments: fIrst results of the chemical and photophysical analysis of 41 compounds / Lasers. Surg. Med. – 2000. – 26(1) – Р. 13–21; Charnock C. Tattooing dyes and pigments contaminated with bacteria / Tidsskr Nor Laegeforen. – 2004. – V. 124. – P. 933–935; Vasold R., Naarmann N., Ulrich H., Fischer D., Konig B., Landthaler M. and Baumler W. Tattoo pigments are cleaved by laser light-the chemical analysis in vitro provide evidence for hazardous compounds / Photochem. Photobiol. – 2004. – V. 80. – P. 185–190.
  9. См.: Lehmann G. von and P. Pierchalla Tätowierungsfarbstoffe. Derm. Beruf Umwelt – 1988. – P. 36, 152–156; Bäumler W., Eibler E. T., Hohenleutner U., Sens B., Sauer J. and Landthaler M. Q-switched laser and tattoo pigment: first results of the chemical and photophysical analysis of 41 compounds / Lasers Surg. Med. – 2000 – P. 26, 13–21; Danish Environmental Protection Agency Chemicals in Consumer Products. 2003 Available at: http: //www.mst.dk/chemi/01080000.htm. Accessed on 1 June 2004.; Danish Environmental Protection Agency (2003) Survey № 2: Investigation of Pigments in Tattoo Colours, January 2002.
  10. См.: Engel E, et all. Modern tattoos cause high concentrations of hazardous pigments in skin / Contact. Dermatitis. – 2008 – V. 58(4) – P. 228–233.
  11. См.: Zelickson B. D., Mehregan D. A., Zarrin A. A., Coles C., Hartwig P., Olson S. and Leaf-Davis J. (1994) Clinical, histologic, and ultrastructural evaluation of tattoos treated with three laser systems. Lasers Surg. Med. – 1994. – V. 15. – P. 364-372.
  12. См.: Судебно-медицинская экспертиза вреда здоровью: руководство / под ред. проф. В. А. Клевно. – М.: ГЭОТАР-Медиа, 2009. – С. 216–236.

похожие статьи

Опыт использования медицинских критериев вреда здоровью в экспертной и правоприменительной практике Московской области: 2007–2014 годы / Клевно В.А., Симонова И.С. // Судебная медицина. — 2015. — №4. — С. 4-13.

Оценка тяжести вреда здоровью при изолированных травмах голеностопного сустава : Методические рекомендации / Фетисов В.А., Путинцев В.А., Хабова З.С. — 2013.

Оценка остроты зрения у лиц с миопической и гиперметропической рефракцией при производстве судебно-медицинской экспертизы / Чеченин Е.С., Чеченина Н.Г. // Вестник судебной медицины. — Новосибирск, 2017. — №4. — С. 35-39.

Безосновательность вариабельности экспертных суждений в казусе судебно-медицинской оценки тяжести вреда здоровью по факту перелома анатомических элементов решетчатой кости / Куликов С.Н. // Судебная медицина. — 2016. — №1. — С. 48-55.

Опыт использования медицинских критериев вреда здоровью в экспертной и правоприменительной практике Российской Федерации • 2007–2014 годы / Клевно В.А., Симонова И.С. // Судебная медицина. — 2016. — №1. — С. 4-13.