О возможности использования ультразвуковой диагностики в судебной медицине

/ Акопов В.И. Лозовский Б.В. Курышев А.Н.  // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1976 — №3. — С. 16-18.

Акопов В.И., Лозовский Б.В., Курышев А.Н. О возможности использования ультразвуковой диагностики в судебной медицине

УДК 340.6:616-073.432.19

Кафедра судебной медицины (зав. — проф. В.И. Акопов) Читинского медицинского института

О возможности использования ультразвуковой диагностики в судебной медицине. Акопов В.И., Лозовский Б.В., Курышев А.Н. Суд.-мед. эксперт., 1976, № 3, с. 16

В работе приводятся результаты исследований, проводимых на моделях, трупах людей и живых лицах в условиях стационара и амбулатории с использованием ультразвукового зондирования. Применялись промышленные дефектоскопы, приспособ ленные авторами для диагностических целей, а такж е медицинские ультразвуковые, диагностические аппараты УДА-871 и SSD-30 С фирмы «Aloka».

При помощи указанной аппаратуры обнаружены поверхностные и глубокие кровоизлияния в мягкие ткани, в полости и суставы, установлена их распространенность по глубине и площади, определены их состояние и примерное количество. Ультразвуковая эхография позволяет выявлять инородные твердые илн газообразные включения, переломы костей. Особенно эффективно двухмерное эхографнческое исследование.

Иллюстрации 2.

 

THE POSSIBILITY OF USING ULTRASONIC DIAGNOSIS IN FORENSIC MEDICINE

V. I. Akopov, В. V. Lozovskiy, A. N. Kurishev

Ultrasonic probing industrial devices were applied to models, corpses, and in — and outpatients. Detecting of superficial and profound haem orrhages, alien solid structures and air accum ulations in soft tissues, cavities and joints, as well as bone fractures, is rendered possible.

ссылка на эту страницу

Успешное применение ультразвука в клинической диагностике явилось предпосылкой для его использования в судебной медицине.

Поскольку ультразвуковая аппаратура мало доступна, мы решили использовать с этой целью промышленные одномерные дефектоскопы ДУК-11 ИМ и ДУК-13 ИМ, предназначенные для выявления внутренних дефектов в металле. Вначале экспериментально была проверена возможность использования указанных приборов для выявления дефектов в биологических тканях (В.И. Акопов, С.Д. Бляхман, Б.В. Лозовский, 1971).

Эксперименты на биологических объектах (мягких тканях человека) заключались в выявлении кровоподтеков, определении глубины их залегания и границ распространения (Б.В. Лозовский, 1973).

То, что прилегающий к датчику участок исследуемого объекта протяженностью 1— 1,5 см является недоступным для исследования (так называемая мертвая зона), отрицательно сказывается на диагностических возможностях ультразвука, так как выявление поверхностно рас- . положенных патологических изменений и различного рода включений невозможно. С целью устранения этого недостатка был разработан и изготовлен специальный датчик с насадкой, использование которого позволило уменьшить «мертвую зону» до пределов разрешающей способности аппарата по глубине — 0,3— 0,4 см (Б.В. Лозовский, 1972).

Параллельно изучалась возможность применения ультразвука для посмертной диагностики воздушной эмболии (С.Д. Бляхман, Т.П. Санникова, 1971). Установлено, что с помощью ультразвуковых дефектоскопов можно установить наличие воздуха до вскрытия трупа. Это- имеет для диагностики большое значение, так как исключает возможность посмертного попадания воздуха в поврежденные при вскрытии сосуды.

Дальнейшие исследования были посвящены выявлению кровоподтеков у трупов, а затем изучению эхографической картины кровоподтеков у живых лиц. Наличие кровоподтека и его границы устанавливали по количеству дополнительных отраженных сигналов на эхограмме в сравнении с эхограммой контрольного, симметричного, участка тела. Ультразвуковое исследование кровоподтеков в динамике на протяжении 15— 18 дней позволило установить, что в первые дни после травмы количество отраженных сигналов и глубина распространения постепенно увеличиваются, достигая максимума через 4—5 сут. Затем количество сигналов постепенно уменьшается, однако четкие изменения в эхограмме наблюдаются и после исчезновения окраски кровоподтека (Б.В. Лозовский, 1973).

В экспериментах устанавливали наличие различной природы инородных тел, которые вводили под кожу через разрез, сделанный в стороне от участка исследования. При одномерной эхографии наблюдали четкий отраженный сигнал, по глубине соответствующий расположению инородного тела, что особенно важно при наличии рентгенонегативных включений (В.И. Акопов, 1972).

Гораздо больших возможностей можно достичь при использовании диагностических двухмерных аппаратов. В дальнейшей работе мы применяли ультразвуковые диагностические эхолокаторы УДА-871 отечественного производства. Исследования проводили на людях в условиях амбулатории и стационара, а также на трупах людей. С помощью двухмерной эхографии, позволяющей получать эхограммы поперечного сечения исследуемого участка, можно было более надежно выявлять инородные включения: независимо от природы и формы вводимой частицы, ее локализации и глубины залегания на экране прибора наблюдались изменения, показывающие наличие включения. Выявление включений зависит от акустической плотности и в меньшей степени от глубины залегания. Наименьшие размеры выявляемых частиц состав ляли 0,05— 0,1 см, глубина залегания — 7— 8 см.

Применяли ультразвук для выявления свободной жидкости в грудной и брюшной полостях. Вначале экспериментально установили минимальное количество выявляемой жидкости, которое не определялось рентгенологически.

При экспертизе труп помещали на рентгеновский стол, фиксировали привязными ремнями и переводили в вертикальное положение. При эхографии брюшной полости датчик устанавливали по средней линии под мечевидным отростком, а затем передвигали до лонного сочленения. Таким же образом проводили исследования от реберных дуг до лонных костей по краям прямых мышц живота. При исследовании грудной полости датчик устанавливали в межреберных промежутках по принятым анатомическим линиям сверху вниз. Полученные данные фотографировали на пленку РФ-3 с помощью фотоприставок (см. рис. 1, а на вклейке). Наличие жидкости контролировали рентгеноскопией, пункцией в различных участках, а так ж е при судебно-медицинском исследовании трупа. Во время ультразвукового зондирования устанавливали глубину залегания жидкости, толщину слоя; на двухмерных эхограммах четко выявлялась полость, а такж е сигналы от свертков крови и пищевых частиц, если они находились в полостях.

Учитывая результаты, полученные на трупном материале, мы перешли к исследованию полостных кровоизлияний у пострадавших, находившихся на стационарном лечении, при этом принимались во внимание также данные клинического и рентгенологического исследований. При исследовании суставов конечностей датчик прикладывали с внутренней и наружной стороны. На эхограммах неизмененных суставов были видны сигналы от мягких тканей стенок суставов, а при наличии кровоизлияний происходило увеличение расстояния между начальным и конечным сигналом. По промежутку между сигналами можно приблизительно определить количество крови в полости сустава. По амплитуде сигналов можно судить о плотности образовавшихся свертков крови и косвенно судить о времени, прошедшем после травмы. Используя двухмерное эхографическое исследование повреждений конечностей, мы получали эхограммы, позволяющие видеть линию перелома и смещенные костные отломки (рис. 2, а, см. вклейку), а также судить о наличии и массивности кровоизлияния в мягкие ткани в области перелома. Перелом, осколки кости и кровоизлияния вокруг отчетливо видны на одной эхограмме.

Проверяли также влияние посмертных изменений, замораживания органов и фиксации их в формалине на особенности эхографической картины. Полученные данные показали, что полное замерзание органов препятствует ультразвуковому исследованию, однако оно возможно после оттаивания до температуры 5°. Органы, подвергшиеся высыханию и действию формалина, можно исследовать без предварительной обработки.

Таким образом, проведенные исследования свидетельствуют о возможности использования ультразвука для выявления кровоподтеков, полостных и внутрисуставных кровоизлияний. При этом можно обнаруживать не только наличие кровоизлияний, но их распространение, глубину, количество излившейся крови. С помощью двухмерной эхографии выявляются мельчайшие пузырьки воздуха и инородные включения в зоне травмы, в том числе рентгенонегативные. Это свидетельствует о целесообразности дальнейшей разработки вопросов применения ультразвука в судебно-медицинской практике как при исследовании трупов, так в особенности при освидетельствовании живых лиц.

 

Рис. 1. Двухмерная эхограмма левостороннего гемоторакса (а) и левой плевральной полости без патологии (б).

Рис. 2. Двухмерная эхограмма перелома (бампер-перелом) средней трети левого бедра (а) и средней трети правого бедра (контрольная, б).

похожие статьи

Состояние и перспективы развития лабораторных подразделений КГБУЗ «БЮРО СМЭ» МЗ ХК на современном этапе развития / Землянский Д.Ю. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 90-93.

О судебно-медицинском значении и возможностях выявления следов металлов в области повреждений (Обзор) / Эйдлин Л.М. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №3. — С. 15-18.

Прибор для собирания пыли и мелких частиц / Вандер М.Б. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1967. — №4. — С. 46-48.

Перспективы применения лазерно-поляриметрических методов исследования биологических тканей в судебной медицине / Бачинский И.Т. // Судебная медицина. — 2016. — №3. — С. 4-8.

Современное состояние экспертизы вещественных доказательств биологического происхождения в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации и пути её совершенствования / Гусаров А.А. — 2012.