Нервно-психические нарушения при отравлении пахикарпином

/ Сергеев И.И. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1965 — №4. — С. 39-40.

Сергеев И.И. Нервно-психические нарушения при отравлении пахикарпином

УДК 616.89-02: 615.787-099

Кафедра психиатрии (зав. — проф. [О.В. Кербиков]) II Московского медицинского института им. Н.И. Пирогова

Neuro-Psychic Disturbances in Pachicarpine Poisoning

Sergeev, I.I.

 

Поступила в редакцию 26/XI 1964 г.

ссылка на эту страницу

Психические нарушения при отравлении пахикарпином до сих пор почти не изучены. Лишь в отдельных работах (М.Б. Эйдинова, Г.А. Рупчева, Э.А. Эдельштейн; В.В. Талантов; Д.Я. Михлина) упоминается о возможности появления слуховых и зрительных галлюцинаций, помрачения сознания, вялости, страха. Между тем при применении больших доз препарата у некоторых больных после улучшения их физического состояния обнаруживаются довольно стойкие нервно-психические нарушения, что и побудило нас попытаться выяснить характер психических расстройств при отравлении пахикарпином.

Клинически и клинико-катамнестически изучено 4 случая острой интоксикации у женщин, принимавших пахикарпин по собственной инициативе для вызывания выкидыша. Три из них вследствие тяжести общего состояния поступили в соматическую больницу. Три женщины в дальнейшем лечились у психиатров (2 в стационаре и 1 амбулаторно).

Пахикарпин принимали однократно или дробными дозами с очень короткими интервалами. Доза колебалась от 0,8 до 2 г, т. е. превышала предельно допустимую разовую дозу в 4—10 раз. Нервно-психические нарушения развивались на фоне соматических расстройств (гипотензия, нарушения сердечной деятельности вплоть до остановки сердца, схваткообразные боли внизу живота, кровянистые выделения из матки и др.).

Вскоре больные становились вялыми, неотчетливо воспринимали окружающее, не сразу отвечали на вопросы. Расстраивался сенсорный синтез (фигуры людей, предметы то «приближались, то удалялись»). Оглушение в 2 случаях на короткое время переходило в сопорозное состояние; у 1 больной наступила клиническая смерть. Период оглушения продолжался от нескольких часов до 2 суток и сменялся длительным (не менее месяца) неврозоподобным состоянием с повышенной утомляемостью, раздражительностью, слабодушием, кошмарными сновидениями, заметными вегетативными расстройствами. В этот период имели место ипохондрические высказывания, склонность к преувеличению тяжести своего состояния, явления навязчивости. В одном случае после двукратного отравления появились навязчивые опасения за сердце, которые позднее оформились в стойкую кардиофобию. В период оглушения и вскоре по выходе из него наблюдали кратковременные психотические состояния: в 1 случае онейроид и в 2 аффективные реакции со страхом, двигательным беспокойством, агрессивными действиями. У 1 больной через 2 недели отравления возник острый вербальный псевдогаллюциноз, продолжавшийся 4 дня.

Приводим наблюдение.

Гр-ка Ч., 34 лет, приняла 4 порошка пахикарпина (точная доза не известна). Вскоре после приема первого порошка у нее появился сильный аппетит. Стала есть, глотая пищу не разжеванной. Спустя час приняла второй порошок. Почувствовала сильное головокружение, «двоение в глазах», не ощущала языка во рту, «тело стало несвоим», появился страх смерти, потемнело в глазах, «хотелось кричать от страха, но голоса не было», ненадолго потеряла сознание. Придя в себя, испытывала чувство блаженства, «все было хорошо». Приняла еще 2 порошка. Возникло сердцебиение, слабость; вновь потеряла сознание. Врач скорой помощи обнаружил, что дыхание и пульс у больной отсутствуют. Проведен непрямой массаж сердца. В больницу доставлена в коматозном состоянии. Переведена на управляемое дыхание, через 10 мин. появилось самостоятельное сердцебиение, а через 2 часа и самостоятельное дыхание, восстановился зрачковый рефлекс. Вскоре возникло непродолжительное хаотическое двигательное возбуждение. Несколько позднее больная стала реагировать на оклики, сказала, что выпила нембутал (в промывных водах обнаружен только пахикарпин). В течение всего дня была оглушена, периодически двигательно беспокойна, пыталась выдернуть трахеотомическую трубку, сбрасывала белье, на замечания не реагировала, была неопрятна мочой, не помнила, где находится, спрашивала, что с ней, была растерянной. На следующий день явлений двигательного беспокойства не отмечено. Больная не сразу вспомнила, что с ней произошло, отвечала невпопад, требовала немедленной выписки. В дальнейшем она была вялой, адинамичной, жаловалась на сильную слабость, утомляемость, головокружение, сердцебиения. Выписана через 20 дней. В день выписки ей показалось, что она сходит с ума и лицо перекашивается. В дальнейшем самочувствие улучшилось. Однако на работе она быстро уставала, периодически появлялся страх попасть под автомобиль. В сентябре, увидев страшную сцену в кино, на короткое время потеряла сознание. С этого момента вновь усилились явления астении. Больной казалось, что она, как-то изменилась, стала «бесчувственной». Это она переживала особенно тягостно. Возникла мысль, что сходит с ума; думала, что не стоит жить. Видела кошмарные сны. Вечером окружающие предметы казались искаженными. Поступила в психиатрическую больницу. Здесь у нее была обнаружена легкая диффузная  органическая симптоматика. Лечилась андаксином, бромом, глюкозой, витаминами, физиопроцедурами. Выписана с улучшением. В 1963 и 1964 гг. поступила в психиатрическую больницу в связи с усилением неврозоподобных нарушений.

Стойкое неврозоподобное состояние, по-видимому, было обусловлено не столько непосредственно интоксикацией пахикарпином, сколько церебральной гипоксией во время клинической смерти. Однако и у других больных, не перенесших клинической смерти, обнаруживались сходные неврозоподобные нарушения.

Таким образом, при отравлении пахикарпином наблюдаются выраженные нервно-психические расстройства. Быстро развивающаяся оглушенность в тяжелых случаях переходит в сопорозное и даже коматозное состояние; в дальнейшем отмечается астения с неврозоподобными нарушениями, продолжающимися не менее месяца. На фоне оглушения или в начальном периоде неврозоподобных расстройств возникают кратковременные психотические эпизоды. Нередко пострадавшие нуждаются в психиатрической помощи.

похожие статьи

Клетки Пуркинье мозжечка при отравлении клозапином в сочетании с алкоголем (экспериментальное исследование) / Голубев А.М., Сундуков Д.В., Чурилов А.А., Ершов А.В., Романова О.Л., Телипов И.Н. // Судебная медицина. — 2019. — №4. — С. 9-14.

Анализ обнаружения нестероидных противовоспалительных препаратов в период за 2018–2019 годы (по данным судебно-химического отделения красноярского краевого бюро судебно-медицинской экспертизы) / Закурдаева А.Д., Слащинин Г.А., Алябьев Ф.В., Фомина И.Е., Аверченко И.В., Хлуднева Н.В., Бокиев М.У., Коплатадзе И.Г. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2020. — №19. — С. 47-49.

Несколько интересных случаев острого отравления сулемой / Лейбович Я.Л. // Судебно-медицинская экспертиза. — М.: Изд-во Наркомздрава, 1928. — №8. — С. 25-42.

Случай отравления ребенка антиструмином / Николаева В.Е., Игнатенко А.П. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №4. — С. 46.

Случай отравления хлорохином / Эпштейн Е.С., Фартушный А.Ф. // Судебно-медицинская экспертиза. — М., 1968. — №4. — С. 44-45.

больше материалов в каталогах

Отравления лекарственными препаратами