Моделирование всех возможных версий с использованием специальных познаний эксперта

/ Третьяк Н.Н. Пысина Г.А.  // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2002 — №5. — С. 16-17.

Третьяк Н.Н., Пысина Г.А. Моделирование всех возможных версий с использованием специальных познаний эксперта

Отдел криминалистики прокуратуры Хабаровского края, (нач. — Н.Н. Третъяк)

ссылка на эту страницу

Не секрет для следователей горрайпрокуратур, что деятельность сотрудников и экспертов медико-криминалистического отделения ГУЗ «БСМЭ» министерства здравоохранения Хабаровского края при производстве экспертиз отличается огромной ответственностью за порученный участок работы, тщательностью исследования, взвешенностью и обоснованностью выводов, которые согласуются с установленными по делу объективным и обстоятельствами. Указанное умозаключение основано не на случайных фактах положительной деятельности отделения, но на закономерных и стабильных результатах по конкретным уголовным делам, в том числе и в ситуации, когда заключение эксперта (экспертов ) полностью опровергает первоначальные выводы следствия при неоднозначности установленных по делу фактов.

Так, прокуратурой Центрального района расследовалось уголовное дел в отношении П., которому обвинение в умышленном причинении смерти другому человеку было предъявлен о лишь после получения заключения медиков-криминалистов о механизме получения потерпевшим телесных повреждений. П., проживая со своей семьей в многоквартирном доме в Центральном районе города Хабаровска постоянно ссорился с соседями, не гнушался применить и насилие. В числе его «врагов» была и семья военнослужащего К., проживавшая этажом выше. В день трагедии в квартире К. отключился свет изза того, что на электрощитке оказался выключенным рубильник. К., полагая, что рубильник из хулиганских побуждений выключил П, спустилась к соседям выяснить данный вопрос. П. встретил соседку очень агрессивно и нанес ей по голове удары металлическим предметом. На крик К. спустился ее муж и подруга. Военнослужащий К. прошел в квартиру к соседу и в это время свидетельница с лестничной площадки дома заметила в руках несовершеннолетнего сына П. кухонный топорик, увидела, как К. упал в прихожей. П. в ходе следствия пояснил, что К. убит его несовершеннолетним сыном в условиях необходимой обороны топориком.

Несовершеннолетний пояснял, что он действительно в указанный момент вышел из кухни в прихожую с топориком в руках и увидел, как отец ударял потерпевшего, находившегося полугоризонтальном положении, металлическим прутом по голове и тот упал на пол. Судебно-медицинский эксперт военного ведомства, производивший вскрытие, в своем заключении указал, что удары причинены по голове рубящим предметом — топором. При установленных обстоятельствах явных противоречий между показаниями свидетельницы, подозреваемого П. и заключением эксперта по делу не было. Только показания несовершеннолетнего не вписывались в общую картину случившего. Визуальное изучение детальных снимков ран на голове трупа позволило органам следствия усомнится в выводах эксперта. Под влиянием этих обстоятельств принято решение об эксгумации трупа. Повторное экспертное исследование (труп был захоронен в декабре, эксгумирован в апреле) проведено в отделении медиков-криминалистов ГУЗ «БСМЭ». Выводы комиссии экспертов после проведения следственного эксперимента на месте происшествия, изучения особенностей орудий — топора и металлического прута, характера ранений, материалов дела оказались однозначными: удары на голове трупа не могли образоваться при обстоятельствах, указанных П.

Образование повреждений от ударов топориком поставлено под сомнение, а наиболее вероятным «причинением» вреда — был признан арматурный металлический прут.

Благодаря объективности экспертов несовершеннолетний реабилитирован и к уголовной ответственности не привлекался. Его привлечение к уголовной ответственности, даже при обстоятельствах, указанных его отцом (при превышении пределов необходимой обороны) стало бы по делу явной несправедливостью и нарушением конституционного принципа презумпции невиновности.

похожие статьи

К вопросу о возможности установления причинения повреждений конкретным субъектом / Казакова Е.Н. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 105.

О проблемах серийных преступлений против личности в судебно-медицинском аспекте / Гедыгушев И.А. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 22-23.

Принципиальные положения судебно-медицинских экспертиз, связанных с решением ситуационных задач / Гедыгушев И.А. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 21-22.

Разделение медико-криминалистических ситуационных экспертиз по предметно-объектно-методному основанию / Нагорнов М.Н., Светлаков А.В., Леонова Е.Н., Ломакин Ю.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 163-165.

Проблемы назначения и производства экспертизы реконструкции событий (ситуационная экспертиза) / Землянский Д.Ю., Куличкова Д.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 77-83.