К вопросу медико-криминалистической реконструкции обстоятельств механизма воздействия невооруженной рукой методом эксперимента

/ Куликов С.Н.  // Мат. VI Всеросс. съезда судебных медиков. — М.-Тюмень, 2005.

Куликов С.Н. К вопросу медико-криминалистической реконструкции обстоятельств механизма воздействия невооруженной рукой методом эксперимента

(Самара)

ссылка на эту страницу

Проведённые нами исследования показывают, что повреждения, причиняемые невооруженной рукой (руками), особенно когда субъект преступления обладает специальными навыками рукопашного боя, как правило, отображают в локализации и морфологической структуре своей, специфическую сущность механизма воздействия, в частности, дистальной частью верхней конечности, т.е. кистью (С.Н. Куликов 1994, 1996, 1999, 2001, 2004).

Последнее является исключительно важным для следствия и суда, ввиду того, что медико-криминалистическая информация, составляющая экспертные выводы, позволяет дифференцировать обстоятельства реализации механизма образования повреждений и, тем самым, способствует проведению обоснованной юридической квалификации тяжести преступлений, направленных против здоровья и жизни.

Осуществление исследовательских работ такой направленности, неизбежно связано с применением метода научного эксперимента, выполняемого, большей частью, по аналогии производства экспериментальных исследований при разрешении экспертных заданий, заключающихся в предмете ситуационных экспертиз. Алгоритм производства последних представлен в разделе VIII «Медико-криминалистических экспертных исследований» Инструкции по организации и производству экспертных исследований в Бюро судебно-медицинской экспертизы (см. Инструкцию…,утверждённую Приказом Минздрава РФ от 24.04.2003 № 161).

В организации и проведении научных экспериментальных исследований мы выделяем следующие составляющие, как-то:

  • 1- формулировку цели исследования;
  • 2- необходимую априорную информацию о механизмах и морфологии травм интересующего характера. Последнюю черпаем из статистики экспертных и клинических наблюдений;
  • 3- выбор типов ограничений в осуществлении экспериментов;
  • 4- характер эксперимента, производимого на физическом объекте, на модели его или на комбинации объектов - «физический объект-модель»;
  • 5- организационно-технологическую подготовку к реализации плана экспериментов;
  • 6- выбор наиболее приёмлемых условий экспериментов, исходящих из цели исследования. Достижение последней должно быть реализовано посредством выбора задач оптимизации при постановке полных факторных (многофакторных) экспериментов;
  • 7- систему управляемого воздействия на объект исследования посредством определённого числа факторов и уровней самих факторов (С.Н. Куликов 2004).

Отсюда, итоговый этап исследований, заключается в применении адекватного математического метода обработки полученных экспериментальных данных. Это позволит выстроить математическую модель объекта с выведением диагностических алгоритмов биомеханизмов травм отдельных зон опорно-двигательного аппарата (ОДА), реализуемых при определённых обстоятельствах. Алгоритмы диагностики, учитывая направленность наших исследований, большей частью, состоят из вариаций группировок специфических и характерных признаков-повреждений наиболее мобильных зон ОДА: конечностей, плечевого пояса, шейного отдела позвоночника. Данные повреждения, в контексте рассматриваемых нами обстоятельств реализации механики воздействий, проецируются на капсульно-связочный, мышечный аппарат и костные элементы сочленующихся биокинематических указанных фрагментов ОДА (С.Н. Куликов 1994, 1996, 2004, И.А. Шмелёв 2001).

В настоящем, при планировании экспериментальных работ в судебной травматологии, очень важен вопрос выбора типов ограничений. При этом вообще, в экспериментальной науке принципиально выделяют три типа ограничений. Первый тип - ограничения для значения факторов, которые не могут быть нарушены ни при каких обстоятельствах. Второй тип - ограничения, связанные с технико-экономическими соображениями (стоимостью сырья, дефицитностью отдельных компонентов). К третьему типу ограничений, относят, чаще всего, конкретные условия проведения процесса, которые обусловливаются существующей аппаратурой, технологией, организацией и т.д. (С.Н. Куликов 2004).

В наших специальных исследованиях, к первому, так называемому безотлагательному типу ограничений, кроме точного определения границ факторов эксперимента, следует отнести правовое ограничение в выборе природы его объекта. В первую очередь это касается использованию в этих целях биоманекена (трупа). Последнее ограничение необходимо неукоснительно выполнять в связи с запретительной правовой установкой УК РФ, изложенной в части гипотезы ст. 244 «Надругательство над телами умерших …» (С.Н. Куликов 2000).

Учитывая указанные обстоятельства, подход к выбору природы объекта в наших исследованиях приобретает комбинированный характер, что исходит из правовых ограничений (1) и ограничений по технологии и оптимизации проведения самих экспериментов (2).

В контексте рассматриваемой темы была поставлена цель: доказать, что особенности биомеханики ударных воздействий невооруженной кистью, воспроизводимых при обстоятельствах применения отдельных приёмов рукопашного боя, влияют на морфологию повреждений, образующихся от данных механизмов воздействий.

Задачами исследования явились:

  • Первое - изучение в режиме научного эксперимента, степени эффективности «поражения» ударными воздействиями невооруженной кистью в трёх её боевых позициях: «удар фронтальной частью кулака»; «удар основанием кулака» (или «удар-молоток»); «удар щепотью» (А. Тарас 1999).
  • Второе - выполнение безотлагательных нормативно-правовых ограничений, относительно выбора природы объектов научного эксперимента.
  • Третье - осуществление материально-технической организации экспериментальных исследований.

Постановку цели, первой задачи и моделирование характера условий причинения повреждений в проведённых нами экспериментах, диктовали практические наблюдения из судебно-медицинской экспертной практики.

Например, удар основанием кулака, в одном случае, вызвал образование кровоподтёка с характерными идентифицирующими свойствами повреждающей поверхности тупого предмета. Так, кровоподтёк имел звёздчатую форму и размеры, которые негативно «отпечатывали» рельеф и рисунок кожных складок локтевого (внутреннего) края правой кисти, сложенной в кулак («негативный» отпечаток основания кулака).

В другом случае, клинически и на рентгенограммах, у потерпевшего, был диагностирован раздробленный переломо-вывих акромиального конца левой ключицы с полным разрывом связочного комплекса акромиально-ключичного сочленения от прямого сосредоточенного удара основанием кулака сверху вниз («удар-молоток»). При этом было очевидно, что морфология повреждения не соответствовала обычному (наиболее часто встречающемуся), механизму его образования (падение на надплечье или вытянутую руку). Обстоятельства причинения травмы были связаны с нанесением прямого удара невооруженной кистью, основанием кулака. При этом субъект преступления (мужчина 32 лет), владел профессиональными навыками применения приёмов рукопашного боя (С.Н. Куликов 2001 ).

Выполнение второй задачи, содержащей в себе нормативно-правовые ограничения, было обусловлено двумя обстоятельствами.

Первое: невозможностью использования биоманекена (т.е. трупа в целом), с целью моделирования на нём экспериментальных повреждений, что связано с правым ограничением в выборе природы объекта эксперимента, на что мы уже указывали ранее.

Второе: необходимостью соблюдения правового и биоэтического регламента по привлечению статистов в планируемые экспериментальные исследования с целью моделирования ударных нагрузок в кинематике движений, применяемых в выбранных приёмах рукопашного боя. Данное ограничение было соблюдено по аналогии с нормой ст. 43 «Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан», которая регулирует привлечение человека к проведению биомедицинских исследований.

Учитывая изложенные выше ограничения, в качестве площадок, воспринимающих удары, использовали Биофантомы Грудной Клетки (в дальнейшем - БГК), представленные четырьмя сагиттальными фрагментами грудной клетки годовалой свиньи, при давности смерти не более 24 часов. Каждый объект представлял собой левую половину передне-задне-боковой части грудной клетки животных, от 3-го до последнего (заднего) ребра, в границах от грудной части позвоночного столба до средней продольной линии грудины. Это в наибольшей степени подобия соответствовало анатомо-физиологическим особенностям грудной клетки человека молодого возраста. Естественно при этом «делали сноску» на выраженное вентро-дорсальное сечение грудой клетки четвероногого животного (Сапин М.Р., Билич Г.Л. 1999).

В роли статистов, воспроизводящих ударные воздействия выбранными приёмами рукопашного боя, выступали двое сотрудников спец.подразделений МВД.

В экспериментах учитывали следующие факторы: 1– общую кинематическую позицию лица, наносящего удар; 2- горизонтальное расположение воспринимающей поверхности БГК (на уровне центра массы «атакующего»); 3- «боевую позицию кисти» (в дальнейшем - б.п.к.); 4- площадь повреждающей поверхности кисти в двух вариантах: «а»- при статическом контакте о плоскую твёрдую поверхность; «б»- при ударе в «полную силу» по поверхности БГК; 5 - угол «атаки» относительно поверхности БГК применяли в двух вариантах: 90° и 45-75°.; 6- силу удара. Заданные условия определяли многофакторность экспериментальных исследований.

В частности, «дозировку» силы удара принимали априорно за условие, при котором удар наносится «в полную силу». У здорового, физически развитого мужчины, сила удара рукой может варьировать от 200 до 600 кГ (килограмм-силы) или 2000-6000 ньютонов (Н), при фронтальном ударе и перпендикулярном действии вектора силы по отношению к поверхности повреждаемого участка тела (В.П. Десятов 1975, В.Л. Попов 1999).

При этом, 1Н - это сила, которая при массе тела в 1 кг сообщает ему ускорение 1 м/с2. В 1 кГ, округлённо 10 Н (И.И.Артаболевский 1970).

В ходе экспериментов, была выявлена зависимость между углом «атаки» и величиной площади контакта, как при статическом контакте кистью с твёрдой воспринимающей поверхностью, так и при динамическом контакте с поверхностью БГК в варианте «удар в полную силу». Силовые воздействия статисты воспроизводили в хирургических перчатках, места непосредственных контактов кисти с воспринимающим объектом, с целью обозначения конфигурации и площади контакта, покрывали густым раствором черной гуаши.

Результатами экспериментов установлено:

  • 1- при условии статического контакта всеми вариантами б.п.к. по твёрдой поверхности, площадь отпечатка (S) была меньше, в среднем на 1,2 раза, по сравнению с вариантами ударов «в полную силу» по поверхности БГК;
  • 2 - при условии ударов «в полную силу» по поверхности БГК с уменьшением угла «атаки» уменьшалась площадь (S) контакта в среднем на 2,4 раза. Но менее всего уменьшалась при б.п.к. – 2 («удар-молоток»), всего на 1,3 раза. Наибольшую площадь контакта (около 130 см2.), отмечали при ударе фронтальной частью кулака, под углом 90°.

Были проанализированы разновидности характера «отклика» на БГК в результате 12 ударных воздействий выбранными б.п.к. на 4-х однотипных фрагментах грудной клетки.

Таким образом, всего нами получено 14 натурных моделей повреждений. Из них: 12 контактных отпечатков б.п.к., имитировали локализацию и возможные площадь и конфигурацию кровоподтёков. При этом получили два «модельных» прямых перелома рёбер (5- го и 6-го).

Было установлено, что наиболее травматичным воздействием является удар, когда контакт производился основанием кулака («удар-молоток») в перпендикулярном направлении. Площадь контакта была относительно компактна (35 см2)

При таком положении кисти развивалась и большая сила удара, чем при первой и третьей позициях. В данных условиях образовались два одномоментных прямых перелома рёбер (5-го и 6-го), в проекции непосредственного контакта.

Полученные в эксперименте результаты, напрямую применимы к медико-криминалистической оценке обстоятельств реализации механики причинения травм, рассматриваемых в поставленной проблеме.

Так, изученные случаи повреждений, причиняемые кистью путём применения приёма «удар-молоток» с прямой проекцией в область ключично-акромиального сочленения указывают на их характерную морфологию. При этом характерно образование закрытого полного переломо-вывиха акромиального конца ключицы с полным отрывом фрагмента акромиального конца ключицы, полным разрывом капсулы акромиально-ключичного сустава, с полным разрывом конусовидной и трапециевидной связок на стороне поражения Такой способ причинения повреждений, посредством концентрированного удара, воспроизводимого основанием кулака (так называемый «удар-молоток»), в область ключицы, изложен в инструктивных руководствах по овладению приёмами рукопашного боя для спец. войск (С.Н. Куликов 2001).

В силу специфики объекта научного эксперимента, при воспроизводстве моделирования условий механики воздействия указанным приёмом (как наиболее травмоопасным), получали, как мы указали выше, прямые переломы рёбер на БГК. Отсюда следует, что «расшифровка» условий реализации механизма воздействия в область акромиального конца ключицы, например, в рассматриваемом судебно-экспертном прецеденте, должна иллюстрировать в себе определённый ряд количественных параметров, как-то: площадь повреждающей поверхности твёрдого тупого предмета (составляет около 35 см2); ориентацию вектора силы (ориентирован к повреждаемой поверхности надплечья перпендикулярно или не менее 75°); направление действия силы (сверху вниз и несколько спереди назад по отношению вертикально стоящего тела потерпевшего); величину силы удара (находится в диапазоне 2000-6000 н); количество воздействий (однократное).

Таким образом, применяя полученные данные, например, в составлении экспертного заключения к ситуационному исследованию, можем объективно реконструировать обстоятельства (условия) реализации механизма воздействия невооруженной кистью по морфологии изученного повреждения, т.к. сущность повреждения определяет сущность повреждающего фактора.

Применённый метод научного эксперимента и полученные при этом результаты, объективно будут способствовать целенаправленному экспертному медико-криминалистическому ориентированию в реконструкции подобных обстоятельств преступных действий, совершенных вне очевидности.

похожие статьи

К вопросу о возможности установления причинения повреждений конкретным субъектом / Казакова Е.Н. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 105.

О проблемах серийных преступлений против личности в судебно-медицинском аспекте / Гедыгушев И.А. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 22-23.

Принципиальные положения судебно-медицинских экспертиз, связанных с решением ситуационных задач / Гедыгушев И.А. // Матер. IV Всеросс. съезда судебных медиков: тезисы докладов. — Владимир, 1996. — №1. — С. 21-22.

Разделение медико-криминалистических ситуационных экспертиз по предметно-объектно-методному основанию / Нагорнов М.Н., Светлаков А.В., Леонова Е.Н., Ломакин Ю.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 163-165.

Проблемы назначения и производства экспертизы реконструкции событий (ситуационная экспертиза) / Землянский Д.Ю., Куличкова Д.В. // Избранные вопросы судебно-медицинской экспертизы. — Хабаровск, 2018. — №17. — С. 77-83.